Под струями горячей воды думала — дура Герти Зайдель. Какой смысл играть в террор и пытаться хлопнуть завалящего губернатора? Или генерала? Здесь прогнила вся система. Мамочки благословляют детей на грабеж и жалуются, что те мало привозят. Здесь надо как на Трау — грузовик с напалмом и выжигать площадями. Жаль только, на Варгаве нет трансуранидов. А то бы я первая пригласила корпоратов в гости. И флагом махала, отмечая лучшие места для высадки карателей.
Но — не судьба. Вместо гениев тайных операций — клоуны-карьеристы. Вместо специалистов по ликвидации — бывшая подруга. Театр абсурда.
Утром разминала ноющее колено и думала о смысле бытия. После чего мысли неожиданно завернули под углом к накатанной дорожке и меня осенило — а чего это я, маленькая и несчастная, подыхаю за чужие плюшки? Мне — одни неприятности, а остальным похвала из ректората и морду лица на доску почета. Не откладывая дела в долгий ящик, сбросила сообщение:
«У конторских убийц в белых халатах освобождение от физкультуры можно получить? Колено болит»
Через минуту пришел ответ: куда вечером подъехать. Плюс едкая ремарка: «Тебе такую справку с печатями слепят, что даже в случае тотальной мобилизации призвать не смогут».
Отлично. Значит — в бассейн не иду, вечером сдаюсь и конечность демонстрирую.
Медицинский центр у Конвоя совмещен с выделенным этажом для полицейского департамента, секретариата мэрии и кого-то из вояк. Меня на вахте тормознули с воплем «не положено», потом еще на двух турникетах пытались мурыжить. На четвертом сидела Лаубе и тянула требовательно ладошку к грустному детине в камуфляже:
— Гони десятку. Я же сказала, что прорвется.
— У нее заказанного пропуска нет, — бухтит проигравший в ответ, добывая нужную купюру.
— Зато у нее допуск и ожерелье из выдранных зубов.
— Ожерелье?.. А, так это она курсантов на острове закопала? Можно фотку сделать?! Пожалуйста!
— Зубы дома висят. В следующий раз с собой захвачу, — ворчу в ответ, хмуря брови для снимка. Пусть будет побрутальнее.
Пожимаю руку-лопату на прощание и с куратором топаем дальше. Вахтер радостно выводит картинку на панель в будке и орет кому-то в другой конец коридора:
— Эй, лохи, а у меня вон чего есть!
В кабинете залезаю на кушетку, жду врача. Попутно оглядываюсь: богато живут, техника навороченная, все беленькое, накрахмаленное. И запах приятный, не карболкой по носу шибает.
— Фрау Эльза, а чего это мы среди остальных мордой лица мелькаем? Вроде режимный департамент?
— Забыла вывеску? «По связям с общественностью». У нас отстойник, куда всех «сбитых пилотов» сгружают. Как только на серые операции выходить не можешь, все — китель в шкаф, штатское напялила и перед журналистами через день с презентациями маячишь. Ну и не ходят сюда случайные люди. Один вид злых полицейских отпугивает у проходной.
— А почему они злые?
— Потому что им в осмотры колоноскопию добавили, — долетает от дверей. Миловидная женщина «чуть-чуть за полста» в голубой медицинской распашоночке заходит внутрь и сходу начинает распоряжаться: — Раздеваемся донага, вон туда встаем, руки в стороны.
— Щас, разбежалась. Фрау Эльза, пошли отсюда, зачем зря время терять. У девушки допусков нужных нет, так что не дам я ей без спросу в потрохах ковыряться.
— Я сертифицирована для проведения любых видов осмотров Гуманитарного Конвоя, — чуть-чуть теряет апломб докторша.
— И четырнадцать-бис имеете? Включая сертификаты по оружию массового поражения?
— Зачем? — все, загрузила дамочку. Задрав майку, показываю бок:
— Затем, что без специализации на военных заморочках и близко вас не подпущу…
Эльза Лаубе довольная, как слон, восседает на стуле и насмешливо слушает перепалку. Наверное, сама не один раз в унизительной позе была «стоять здесь, мочиться в ту банку немедленно». Поэтому задумчивый вид эскулапа доставляет ей истинное наслаждение. Но просто так медицину не прошибешь.
— Что тогда делать будем?
— Будем смотреть колено. И только его. Может, что из препаратов пропишете или процедуры назначите.
Решив, что пациента можно будет по частям оприходовать, дама соглашается и приглашает на другой пыточный агрегат: кресло как у стоматолога, куча блестящих пластиковых шаров и цилиндров на гибких манипуляторов роится вокруг.
Стянув штаны, в трусах и носках взбираюсь на «трон».
— Нормально, даже не холодно, — ощупываю мягкую белоснежную обивку.
— С подогревом. После того, как один из генералов нам выволочку устроил, все оборудование заменили… Давай посмотрим, что у тебя.