Сердце кольнула тоска по тем, кого уже не вернуть, но испуг был сильнее. Я не мог вспомнить, когда начал дрожать, но теперь уже не мог остановиться. Мелкие судороги прокатывались по всему моему телу с ног до головы, то ли от холода, то ли от ужаса.
Мама потянула меня за собой в сторону огней, мечущихся между деревьями. У меня не было сил упираться и, несмотря на страх, я пошёл за ней. Очень скоро мы оказались среди трепещущих огней.
Они не причиняли нам никакого видимого вреда и я немного расслабился. Их общество было даже приятно: пролетая между нами, они нежно касались наших рук и лиц, щекотали нас, кружились и отлетали немного вперёд, а затем снова возвращались. Будто звали следовать за собой.
С удивлением я понял, что огни источали едва ощутимое тепло, и я тянулся к ним, пытаясь поймать крупицы этого драгоценного дара в отчаянной попытке согреться. В их нестройном жужжании я, довольно скоро начал различать нечто похожее на голоса. Каким-то образом я понимал, что именно они говорят.
«Иди за нами! Пойдём, пойдём! Скорее! Мы знаем верный путь!», - взволнованно пели они.
Мне захотелось прибавить шаг, чтобы выполнить их просьбу, но мама крепко держала меня за руку. Я знал, что мама их слышала, так почему же она не давала мне им помочь? Она двигалась медленно, но неуклонно, шаркая и приволакивая ногу, не сбавляя и не ускоряя темп. Только воспитание в почтении к родителям и годы наставлений не дали мне вырвать ладонь из её руки и побежать вперёд без оглядки.
Так мы и шли сквозь лес, пробираясь между деревьями и подлеском. Я потерял счёт времени и совершенно не представлял, куда мы идём. Мне было всё равно, лишь бы слушать тихие мелодичные голоса светлячков и ощущать их лёгкие, как пёрышко, щекотные прикосновения.
Я был так очарован ими, что не заметил, как мы вышли из чащи деревьев и оказались на поляне.
5. Поляна
Мне показалось, что я попал в сказку. Это было самое прекрасное, что я когда-либо видел в своей жизни. Я стал с любопытством крутить головой по сторонам, пытаясь рассмотреть всё вокруг.
Стояла ночь, но мхи и лишайники источали призрачный потусторонний свет, освещая поляну. Когда мы вышли из лесной чащи, мне пришлось поморгать, чтобы приспособоиться к тому, как светло здесь было. Всё вокруг переливалось оттенками зелёного, от насыщенного изумрудного до ядовитого яркого цвета свежей листвы. Удивительные птицы с длинными ногами взлетали и садились на траву, поминутно опуская головы вниз в поисках корма. То тут, то там из-за высокой травы выглядывали алые шляпки грибов в белый горох, незнакомые цветы дурманили голову яркими ароматами, а среди широких длинных листьев со стеблей свисали грозди ярких красных ягод. У меня потекли слюнки, я хотел наклониться и сорвать ягоды, но мама удержала меня.
Я был настолько впечатлён всем увиденным, что почти забыл о холоде и усталости.
А между тем, голоса светлячков не замолкали.
«Сюда, сюда! Скорее иди сюда!», - звали они и в их словах слышалось нетерпение.
Я не хотел разочаровывать их и собрался шагнуть им навстречу, но холодная твёрдая мамина рука удержала меня.
Я поднял на маму непонимающий взгляд. Что не так? Неужели она не слышит их? Неужели не понимает, как им нужна моя помощь?
- Они заманивают тебя в топь, - сказала мама.
Я удивлённо заморгал, пытаясь понять услышанное. Нет, не может быть. Они добрые. Они помогли нам, спасли от тех людей. Они… они…
Я перевёл взгляд на поляну… и понял, что это была не просто поляна. Это было болото.
Мама отломила длинную ветку от сухого дерева. Свободной рукой она держала меня, а палкой, зажатой в другой руке, проверяла болотную жижу на глубину. Так мы начали продвигаться вперёд очень медленно, шаг за шагом.
Светлячки рассерженно кружились вокруг нас, лезли в глаза, в нос, пытались столкнуть нас с тропинки. Теперь они не были ни теплыми, ни мягкими. Их прикосновения обжигали.
Я отбивался от них, закрывал лицо рукавом и плакал. К маме они тоже липли, но она как будто не замечала их. Она неотступно шла вперёд, ощупывая толщу воды палкой, с трудом переставляя ноги, и тянула меня за собой.
Вдруг что-то высунулось из воды, схватило меня за ногу и попыталось утянуть в трясину. Я закричал, забился, пытаясь стряхнуть с себя это нечто, но оно было сильнее. Я уже погрузился в воду по пояс. Я бы утонул, если бы не мама. С невероятной силой Она вытянула меня, но ботинки я потерял. В последний момент я глянул в жижу и увидел, как в воде скрываются то ли скрюченные руки, то ли корни дерева. Мгновение и поверхность топи разгладилась. Только из глубины поднимались пузырьки.