Поняв, что им не удастся увлечь нас в трясину, огоньки перестали нас преследовать и отстали. Они рассеялись и кружили над болотом, больше не обращая на нас внимания.
Я промок насквозь и снова начал дрожать. Сочетание леденящего душу холода и усталости подкосило меня и я упал в топь. Мама вытащила меня из воды, но дальше идти я не мог. Ноги отказывались мне подчиняться.
Всё, на что я был способен, это свернуться калачиком у маминых ног и, дрожа, провалиться в забытьё.
6. Сестрички
Я спал и мне снился кошмар. Вокруг меня с визгом, леденящим кровь, проносились души утопленников. Призраки - одутловатые, синюшные, с вывалившимися языками - пытались утащить меня в трясину и сделать таким, как они. Они ненавидели и завидовали мне, потому что я был живым. Но они позаботятся о том, чтобы я умер. От прекрасной поляны не осталось и следа. Болото вокруг выглядело омерзительно. Яркие растения исчезли, бурые лишайники сочились слизью, в комьях грязи копошились большие белые черви, из воды высовывались бледные одутловатые руки и лица.
Среди всего этого стояла моя мама, но она выглядела иначе, чем обычно. На ней было белое платье до пола. Синие губы на её необычно бледном лице были плотно сжаты, а глаза горели решимостью. Смотреть на неё было страшно, но я не мог оторваться.
- Мы не останемся здесь, - сказала она. - Мы пойдём дальше.
Сначала я подумал, что она говорит с призраками, но вдруг ей в ответ раздался тонкий голос, которому вторило эхо.
- Не тебе решать. Решать будем мы.
Я с удивлением взглянул в ту сторону, откуда раздался голос, и увидел двух девочек моего возраста, которые держались за руки. Они говорили одновременно, поэтому мне сначала показалось, что кому-то вторит эхо. Девочки выглядели совершенно одинаково: длинные просторные белые платья до земли, голые ноги, утопающие в траве, светлые длинные волосы до пят. В волшебном свете ночи они казались зелёными и напоминали ряску. Глаза девочек были прозрачными, как вода. Бледные лица девочек с одинаковой серьезностью и вызовом были обращены к моей маме. В руках у одной девочки было веретено, в руках у другой - моток простых грубых ниток.
Во сне я не удивился ни этому, ни тому, что девочки без взрослых одни гуляют на болоте. Меня больше удивило то, с какой непочтительностью они разговаривали с незнакомой старшей женщиной. Если бы я так разговаривал с посторонними взрослыми, мама сама бы меня выпорола.
- Мы пойдём дальше, - спокойно ответила мама, не обращая внимания на дерзость девочек.
- Даже, если мы вас пропустим, - сказали хором девочки, - вас не пустит она.
В ответ мама склонила голову набок, будто прислушиваясь.
- Я проведу сына в город, - твёрдо с непоколебимой уверенностью сказала она.
Тут девочки как по команде повернули головы в мою сторону и посмотрели на меня своими странными водянистыми глазами. Мама тоже посмотрела на меня. Я хотел что-то сказать, но моё тело меня не слушалось. Я будто застыл, как крошечная мушка в капле янтаря.
Мама подошла ко мне, наклонилась и провела холодной ладонью по моей голове.
Я заснул.
7. Ягоды
Проснулся я от того, что мама трогала меня за плечо. Я сел и осмотрелся вокруг. Самое обычное болото, ни сказочной красоты, ни страшных призраков. Я слышал карканье ворон, но никакого жужжания светлячков.
Мама протянула ко мне ладони, полные крупных фиолетовых ягод и сказала: «Ешь».
Я был так голоден, что набросился на ягоды с волчьим аппетитом. Когда в руках осталось только три ягоды, я заставил себя остановиться, несмотря на протестующие урчание желудка, и протянул маме ягоды.
- Я не голодна, - равнодушно ответила она.
Тогда со спокойной совестью я запихал остатки ягод в рот.
Горстка ягод едва утолила голод, но сон восполнил мои силы и я был готов двигаться дальше. Вот только, куда идти?
Я растерянно оглядывался по сторонам, не узнавая это место. Вчера оно выглядело по-другому. Хотя, почему вчера? Солнце, видимо, ещё не вставало, кругом была всё та же ночь, всё та же тьма.
И всё же, я почувствовал прилив надежды и мир не казался мне больше таким угрожающим. Болотные огни исчезли, странных девочек с прозрачными глазами тоже не было видно, да и не могло их здесь быть, они просто приснились мне в кошмарном сне. Но главное, мама была со мной. Я прижался к ней, пряча в её объятьях свой страх и неуверенность, вместе с тем пытаясь напитаться её решимостью и силой.
- Мама, я видел страшный сон, - сказал я.
- Я знаю, - мама рассеянно погладила меня в спине холодной рукой и я поёжился.