- Ты помнишь, что я про тестовое время вдалбливал, балбес? - Ждать не менее получаса. Ты пойдешь, а там кто-то еще есть. Жди! - Игорь сделал паузу, а потом, словно вспомнил о чем-то, добавил, - сегодня вечером расскажешь все, что запомнил о 'ксюхе' - в стихах и с выражением.
Педагогическому запалу Игоря Константиновича было вполне разумное объяснение. 'Кутузов', натаскав с пару десятков человек по предмету 'АКС74У' вполне разумно решил, что дальнейшую педагогическую эстафету по обращению с оружием можно передавать тем, кто это уже выучил. Ну а планируемые к введению предметы типа ' первичная и фельдшерская помощь', 'стандартная и полевая кулинария', 'методы партизанской войны' и 'основы агрономии и животноводства' , и прочая, и прочая - могут передаться так же как и 'АКС74У': выучился сам - помоги другому. Конечно, после того как сами обучающие усвоят и сдадут экзамен. Рождалась простенькая схема: младшие преподаватели учат, а старшие, в лице Бортника, Маши, Томы и прочих, - проверяют и доучивают. Средний уровень при этом естественно и здорово проседал, но зато Дом выигрывал количественно, а это было сейчас куда как важнее.
К тому же, что было не менее важно, после прохождения теории, новых учеников учили практики и на практике. По крайне мере так было с 'вождением и ремонтом машины - ВАЗ': Бортник, Исаак и Кореньков зашивались около двух недель, пока, наконец не решили, что первая пятерка их солнцеголовых учеников - таки овладела материалом на должном уровне.
Взамен же будущим 'молодым педагогам' прямо и недвусмысленно было обещано очень многое: собственная комната, личное оружие, ну а в далекой, но осязаемой перспективе - и право совещательного голоса при принятии решений. И много других ' сладких плюшек', - в том числе и повышение в звании в случае военного положения, - из 'рядовых' до 'сержантов' .
Прошло уже полчаса, а женщина все так же лежала, уткнувшись тем, что у нее осталось от головы, в ствол сосенки. И только тогда, убедившись, что никого больше нет, подчаски вышли из своего укрытия.
Женщина была гораздо моложе, чем им показалось на первый взгляд.
Для помощников Игоря Константиновича это была работа хоть и неприятная, но дававшая шанс на то, что и им когда ни будь доведется сверкать зеркальной головой и аккуратной бородкой, - такой, как и у их начальника. Да и такого мандража, как при проверке своего первого жмура, они уже не испытывали. Эта, еще молодая женщина, умершая несколько месяцев назад от укуса в руку, была для них, за эту неделю дежурства, уже восьмой.
Надев новые 'ветеринарные перчатки' Кирилл начал шарить по трупу покойницы. Не прошло и минуты, как его добычу уже составили золотое колечко, цепочка, бумажник, маникюрные ножницы и зеркальце. Ощупывание пальто обозначило еще пачку гривен, какое то 'левое' удостоверение и кредитки, но эти предметы были проигнорированы. Все остальное найденное должно было быть аккуратно рассортировано по ящичкам, которые им выдал их 'Кутузов': 'Драгоценности', 'Оружие', 'Письма мертвеца' и 'Прочее'.
Первым идею к разумной утилизации трупов подал еще в первую неделю беды Дмитрий Кореньков, снявший с погибшего довольно неплохую обувь. В ней он потом еще долго щеголял, - пока совсем не потеплело. А окончательно идея закрепилась после того, как к мостику, на котором все еще стояла машина со 'страшной предупреждающей надписью', притопал один из 'обратившихся', - в прошлом милиционер, - и в кобуре у него был отнюдь не огурец или яблоко, а самый настоящий 'Форт-12'.
Увы, эта покойница внесла довольно убогую плату за свое упокоение и погребение: золото собирали скорее по привычке, оружия у нее не было, а 'прочее' представляло довольно таки убогое зрелище.
- Я все! Теперь твоя очередь. - Произнес Кирилл, поднимаясь, и держа вытянутыми вперед руки в данных 'ветеринарных' перчатках так, что бы они не касались тела
- Отходи. - Павел сделал шаг к покойной, а потом, словно о чем-то догадавшись, повернулся к Кириллу. - Хотя, стоп ! Ты ее карманы смотрел?
- Все чисто.
-А это? - Напарник палкой, с деланной брезгливостью, оттянул край платья покойницы, зацепив и часть бюстгальтера. Вместе с иссохшейся и потерявшей свою форму молочной железой на землю выпало нечто: туго завязанный презерватив с вложенным в него блокнотом - прямой кандидат в ящик 'Письма мертвеца'.
Далеко не всегда укушенный человек погибал сразу,- в большинстве случае люди успевали понять и осознать, что умирают. Желание же простится со своими близкими, написать завещание или передать важную информацию бывает очень важным, настолько, что человек, чувствуя что засыпает навсегда, из последних сил пишет прощальное письмо своим детям, жене, отцу, иногда просит его похоронить по человечески, или, в конце-концов, просто просит передать его маме, что он умер. Один покойник, тот самый, что пришел к мостику с 'Фортом', вообще написал хокку, и вложил в ствол пистолета...