Мужик был доволен:
– Молодец! Дуй уроки делать!
Но тут ее схватила за руку бабушка:
– Мать где? Спит, поди?
Она была уверена, что мама всё свободное время спит.
Саша выдернула руку:
– Да здесь мы, – и убежала.
Маму она сразу не нашла. Искала ее в середине очереди, металась туда-сюда, но мамы не было, хотя остальные люди стояли как будто бы знакомые – бегая от Аньки и обратно, Саша их уже не по разу видела. Где же мама? Она выбралась из толпы, отошла на несколько шагов, зацепилась взглядом за первую же попавшуюся пару обуви и, держась на этом уровне, словно на веревочке, внимательно осматривала всех в очереди. Перед ней мелькали десятки пар пыльной, стоптанной, разношенной обуви: бежевые мужские сандалии с завернувшимися наверх задубевшими ремешками, белые и красные туфли-лодочки без набоек, войлочные старушечьи чуни и даже тупоносые лыжные ботинки. Пару раз показались детские сандалики ее, Сашиного, размера: в этой части Лесобазы был единственный садик, значит, в очереди стоят ее будущие одноклассники, которых мамы и папы успели забрать. Еще она узнала синие разваливающиеся сланцы Димки-рахитика – его брали с собой на улицу, только когда нужно было стоять в очереди. Димка всегда радовался очередям и грустил, если продавщицы вдруг слишком быстро отпускали продукты.
Саша осмотрела все ноги до самого окошка магазина, откуда тетка в замасленном колпаке обвислой рукой разливала сметану. Она по самый локоть высовывала руку с черпаком из маленького окошка и не глядя плюхала белую жижу в подставленную тару. Сметана лилась с черпака, очередь завороженно следила, как толстая струя стекала вниз и ближе к земле вытягивалась в белую нитку. Когда тетка лила мимо банки, то второй раз черпак уже не высовывала, крикнув: «Следующий!» – если, конечно, проливалась сметана у тихой скромной женщины, старушки или ребенка. Если с пустой банкой оказывался крепкий мужчина, тетка вздыхала и всё же наливала со второго раза. Саша смотрела на белоснежный черпак, на огромную руку в закатанном по локоть обляпанном рукаве, на толстомордую тетку. Нужно нырнуть под очередь и обойти ее с другой стороны, но Саша не могла решиться пролезть между кем-нибудь. Проще всего было проскочить между тем, кто покупает, и белым половником. Саша наблюдала, как один за другим люди подставляют под окошко свои банки и бутылки для кефира, и боялась: вдруг они решат, что Саша хочет пролезть без очереди?
Помявшись немного, она обежала толпу с хвоста. Увидела там Аньку с тетей Леной, дядю Валю с бабушкой – они оказались теперь в середине очереди. Мамы не было. Саша снова вперилась в туфли с ботинками, и уже с этой стороны очереди пошла вдоль нее. Вот она увидела бабушкины короткие ноги и дяди Валины – в отличие от большинства мужчин, у него были не сандалии – он носил мягкие светлые ботинки в мелкую дырочку. Их называли почему-то туфлями. Рядом стояли сабо бабушки – у нее был очень маленький размер, 34-й или 35-й, ее ноги нельзя перепутать ни с чьими. Анькины ноги и ноги тети Лены Саша хорошо знала – тетя Лена ходила в лодочках, а Анька – в розовых сандаликах с бабочками сбоку. Анька с ее мамой были совсем близко к началу, их от окошка отделяло немного человек. Где же мама?
Саша продолжала скользить взглядом по ногам и увидела вдруг мамины черные туфли, тоже лодочки. Оказалось, что мама стоит почти у самого окошка – вот, значит, как быстро пошла очередь. Саша встала возле мамы, взяла ее за руку. Чтобы предупредить новые замечания, мама громко закричала:
– Выпустите ребенка, задавили ребенка, совсем не может стоять!
Она трясла Сашину руку и как будто силой вытягивала ее из гущи толпы, где Саша якобы всё это время простояла. Саша отступила несколько шагов от их шеренги вбок и с радостью увидела, что перед ним осталось всего пять человек.
– Совсем недолго, мам. А почему так быстро, мам? – спросила она.
Но вместо мамы ей ответила стоявшая перед ними женщина в зеленом платье. Она повернула к Саше голову и серьезно, как взрослой, сказала:
– Кефир кончился.
Саша не поняла:
– А где люди?
– Ушли те, кто за кефиром приходил.
– А-а-а… – протянула Саша, – понятно.
– Не отвлекай женщину, – дернула вдруг Сашу за рукав мама и втянула снова в очередь. Саша опять выскочила:
– Ну, я хочу посмотреть. Вот мы уже, совсем скоро. Я к окошку пойду.
Мама приподнялась на цыпочки, убедилась, что их черед скоро, и разрешила ждать у окошка. Там покупала толстая женщина с жирным красным носом. На ней было желтое платье в обтяжку и как будто детские сандалии без носка и с полукруглым задником. Ногти на ногах у нее были тоже желтые, толстые и растрескавшиеся, а пятки – в трещинах и сухие. Она достала из сумки толстыми короткими пальцами две майонезных баночки и подала продавщице.