Несмотря на недовольное ворчание, уйти решил всего один одиночка. Но там было понятно, что он уже на грани. Красное лицо, раздражение по всему телу от песка и подходящие к концу запасы еды и воды.
Я и сам уже задумывался о том, что может стоит вернуться. Но какое-то тупое упрямство и нежелание показывать свою слабость перед Саней с Леной не позволило мне отказаться от продолжения рейда.
Чтобы добраться до скалы нам потребовалось всего полдня. Ещё больше часа мы убили на то, чтобы найти вход. Редкие подсказки помогали, но были настолько расплывчатыми, что у меня мозг закипал в попытках всё расшифровать. В итоге, мы нашли каменную арку, за которой оказалась довольно большая пещера.
Пока все гудели от радости, наслаждаясь прохладой и отсутствием палящего солнца, я не сводил глаз со стен пещеры. На камне, под слоем песчаной пыли, проступали символы, примитивные и грубые. Что-то вроде пиктограмм: фигурка, падающая в песок; несколько фигурок, стоящих вокруг ямы, странный знак, напоминающий весы с чашей, на одной из которых лежал камень.
— Братан, ты чего их гипнотизируешь? — ткнул меня локтем Саня. — Иди, отдохни. Мы уже с Ленкой сварганили перекус.
— Да я всё пытаюсь расшифровать надписи, — коротко ответил я. — Такое ощущение, что тут какое-то предупреждение.
— Предупреждение? Так это же здорово! Значит, мы на верном пути! — обрадовался приятель.
— Двигаемся дальше, — скомандовал Макс, после часовой передышки. — Следы ведут в тот тоннель.
Он говорил уверено, основываясь на словах их мага. Но я подметил, что при этом он косился в мою сторону, словно ожидал подтверждения или опровержения его словам. Мне же пока нечего было ему сказать. Слишком мало информации я успел расшифровать, а лезть вперёд с непрошенными советами, после которых ты можешь оказаться крайним, меня отучили ещё в детстве.
Тоннель оказался узким и извилистым. Песок на полу здесь был рыхлым, и мы проваливались по щиколотку. Воздух стал ещё суше и прохладнее. Шли в почти полной тишине, нарушаемой лишь скрипом песка под сапогами и тяжёлым дыханием некоторых членов отряда. Разговаривать не хотелось. Камень давил со всех сторон, вызывая иррациональный страх оказаться замурованным под землёй.
Именно в такой обстановке паранойя расцветает пышным цветом. Я ловил на себе взгляды некоторых Игроков. Тех самых, кто прибился к рейду в последний момент. В том числе того недовольного бородача с топором. В их глазах мне чудился расчетливый, голодный интерес. Они обменивались короткими, ничего не значащими фразами и жестами, но их взгляды постоянно скользили по гильдейским «мулам», несущим самые объёмные мешки, и как будто оценивали наше снаряжение.
Я старался держаться поближе к Лене и Сане. Мои навыки были бесполезны в открытой драке. Я это прекрасно осознавал. Физическая слабость делала таких как я лакомой мишенью. Оставалось надеяться только на честность Макса и его людей. Что они, в случае конфликта, помогут, если и не из благородства, то хотя бы из чувства благодарности.
Через час пути мы вышли в обширный грот. В центре его зияла чёрная дыра колодца, обнесённая низким каменным парапетом, испещрённым различными пиктограммами. От колодца расходились три коридора.
Макс поднял руку, останавливая отряд.
— Привал на десять минут. Проверяем снаряжение, пьём воду. Разведгруппа, осмотрите коридоры, но не дальше ста метров.
Пока гильдейцы совещались, я подошёл к бортику. «Лингвистический Анализ» заработал на полную. Пиктограммы складывались в последовательность, рассказывающую историю.
Первое изображение: группа человечков подходит к колодцу.
Второе: один человечек отделяется и остаётся у колодца, остальные уходят по одному из коридоров.
Третье: ушедшие человечки благополучно проходят мимо каких-то ям с шипами и падающих камней.
Четвёртое: человечек у колодца… исчезал. На его месте был лишь пустой круг.
А ниже была длинная надпись на уже знакомом мне языке, который попадался мне ранее. Мой навык, с трудом, но перевёл её:
Чтобы обойти гибель, принеси жертву Алтарю Безмолвия. Оставь её в комнате предначертания, и проход откроется для остальных. Только плоть может заплатить за путь.
Жертва откроет путь. Один заплатит за всех.
Я почувствовал, как по спине пробежал холодок. Что-то мне подсказывало, что ради безопасности своих парней, Макс может решиться на принесение жертвы.