Чтобы вернуть долг, папа пошел на авантюру. В сейфе стоянки хранились деньги на операционные расходы: для расчетов с поставщиками и проверяющими органами. Никому ничего не сказав, папа взял бандитские деньги и понес их в единственное в Саратове казино «Звездное небо». Деньги тогда удалось выиграть и покрыть ущерб бандитам, даже с добавкой за беспокойство. С тех пор пошла удача: когда папа был на мели, он просто направлялся прямиком к игровому автомату и получал наличность. Со временем на мели его видели все реже. Оно и понятно: женился, остепенился.
Но в последнее время в папе что-то изменилось. Он стал замкнутым, настороженным и подозрительным. Это было так непохоже на его привычное самодовольство, практически приросшее к лицу. Все началось, когда папа узнал, что умер его старый знакомый Егор. В старших классах они посещали один шахматный кружок и жили в одном доме. Когда Егору было семнадцать, они со старшим братом поехали на турнир и попали в аварию. Брат скончался на месте, а Егор получил сильную травму головы. После травмы у Егора, по его словам, «открылись способности». Папа во всю эту ерунду не верил, но частенько забегал к Егору в гости, чтобы поболтать и поиграть в шахматы – кружок они оба уже бросили. В один из таких визитов Егор предложил папе погадать, папа из любопытства согласился. Прорицатель предупредил, что всегда гадает только тем, кому хочет, а не тем, кто просит, а если его заставить, погадает, но соврет. Гадал без всякого антуража – ни карт, ни свечек, просто пристально в лицо смотрел. Сказал папе, что с деньгами и женщинами у него будет все прекрасно, что его ждет удача во всем, но только до сорока лет. Папу это не слишком впечатлило: «Ага, предстоит тебе дорога – от сортира до порога. У меня так бабушка соседкам гадала. А с тобой что произойдет, Ванга с хреном?» Тот вполне серьезно ответил, что он погибнет точно так же, как его брат, – в автокатастрофе. Папа осторожно заметил, что тогда Егору не стоит водить машину, и перевел разговор на другую тему. Больше они к пророчеству не возвращались, со временем стали общаться реже, а через пару лет папа съехал от родителей на съемную квартиру.
Всю эту историю в семье знали и пересказывали как иллюстрацию несостоятельности гаданий, но совсем недавно папа навещал родителей и, встретив у подъезда маму Егора, спросил, как тот поживает. Мать ответила, что Егор погиб. Он ждал автобус, когда в остановку врезалась машина: водитель потерял сознание за рулем. А в папу врезался этот короткий разговор у подъезда. Он посчитал, что если Егор так точно увидел свое будущее, то и его – предрешено. Тем более что остальные пункты совпадали.
Скоро первый испуг перешел у папы в навязчивый страх. Он ничего не мог с собой поделать и вечерами проигрывал в голове сценарии трагедии со своим участием. Один вариант был нелепее другого, и все кончались, конечно же, смертью. Вера папе сочувствовала, а мама на него злилась. Цельнометаллическим тоном она пыталась втолковать ему, что это глупость, что только в деревнях люди в гадания верят, а ты-то куда. Кризис среднего возраста жестко бьет по мозгам, конечно, но гадание – это уж совсем ерунда какая-то. Папа кивал, но завещание все-таки составил – при таком количестве родни это, впрочем, неудивительно – и приготовился умирать в ближайший год.
Уезжая на турнир, Вера оставила папу с этими мыслями и теперь тревожилась, как он там справляется один. Когда от чувства вины становилось не продохнуть, она напоминала себе, что победа и прилагающиеся к ней призовые принесут в их дом, может быть, и временное, но облегчение.
На обеденном перерыве Вера много ела и много болтала, против своего обыкновения. Даже спросила у Светы, как ей пришло в голову сделать такую необычную стрелку с двумя углами: вверх и вниз. Не то чтобы получилось красиво, но Веру восхищало, как смело Света показывает публике что-то несовершенное. И Света только начала рассказывать, что стрелки не получились, но она решила не теряться, как позвали в зал.
В пару на послеобеденную партию Вере досталась колбасная королева Мохина. Это не то чтобы странно – они в одной группе, – но все-таки удивительное совпадение, что из двадцати возможных соперниц по распределению выпала именно она. И если раньше Вера думала об их встрече с давящим на горло ужасом, то теперь в подушечках пальцев приятно зудело. С телом вообще творилось странное. Вера чувствовала себя в нем больше не гостьей, но хозяйкой. Правда, не все органы оказались готовы к внезапному преображению. Спина быстро устала держаться прямо, ведь раньше она только горбилась. При новой осанке Вере казалось, что голова слишком задрана вверх и это выглядит дико. Она даже сходила в туалет проверить – в зеркале смотрелось нормально.