– Шансы и итоги?! Ты, Евгений…
Дальше пошло неразборчиво и тихо, но в заключение майор так двинул кулаком по станине пулемета, что весь катер содрогнулся.
– Товарищи офицеры! – жалобно призвал обернувшийся от штурвала командир судна.
– Извини, старшина, мы уже завершаем, – показал старший лейтенант и контрразведчики вновь зашептались.
Моторист со значением покосился на Тимофея, тому было немного стыдно за начальство, хотя по всему выходило, что недолгая служба рядового Лавренко в СМЕРШ подошла к концу. Но нужно было выглядеть поприличнее и перевести разговор на нейтральную тему.
– Я думал, на море качать сильнее будет, – прокричал Тимофей в ухо мотористу.
– Полный штиль! – показал матрос. – Луна, полночь, лирика. Романтичных девушек только не хватает.
Тимофей ухмыльнулся, ткнул в сторону темного берега, в звездное небо:
– А не засекут нас, не налетят?
Моторист успокаивающе махнул рукой:
– Ходим сейчас часто, все спокойно. Не боись, немец уже не тот.
Тимофей показал, что не боится, а уточняет. Матрос кивнул на награды пассажира:
– Где заслужил?
Боец Лавренко счел, что общие подробности в данном случае тайной не являются, и указал вглубь берега:
– Днестр, на плацдарме.
– О, речной коллега! – обрадовался общительный Федор-моторист.
Засмеялись, но тут пришлось смешки прибрать – старший лейтенант Земляков подзывал.
Расстегивая карман с документами, Тимофей перебрался через ящики, вскинул руку к пилотке и представился:
– Рядовой Лавренко, временно прикомандированный к группе.
– Вот, и порядок человек знает и догадливый, – проворчал майор, забирая красноармейскую книжку. – Не то что некоторые.
Старший лейтенант Земляков отстраненно любовался луной, остальные офицеры изучали не особо-то интересный документ бойца Лавренко.
– Нормальная военная биография, – молвил майор, возвращая книжку. – Вот только юн, ты, Тимофей Артемович для десанта.
– Это тоже нормально, – защитил крепкий старший лейтенант. – У нас Мишка еще моложе был, но уж воевал на совесть. Такое время.
– Тоже верно, – буркнул майор. – Так вот, боец Лавренко. Поступаешь в распоряжение старшего лейтенанта Нероды. Рекомендуют тебя как человека расторопного, неглупого, будешь выполнять обязанности связного и часового. Будете при штабе десантников, вперед не лезть ни при каких обстоятельствах. Основная задача – присмотр за старшим лейтенантом Земляковым. Он обязан аккуратно дождаться конца боестолкновений и аккуратно приступить к своим прямым обязанностям. В случае чего, прострелите ему ногу. Тоже очень аккуратно.
– Левую, – нагло уточнил Земляков. – Правая у меня толчковая.
– Подерзи еще, подерзи, – с опасной ласковостью предложил майор. – Прям как сержанточка себя ведешь, нахватался гламура. Не те времена! Запомнил? Или повторить?
– Запомнил, товарищ майор, – Земляков вздохнул.
– Не-не, я еще повторю, – нажал майор. – Нерода, ты пока бойца проинструктируй, а мы тут еще пошепчемся.
Развязывая тяжелый вещмешок, старший лейтенант Нерода заметил:
– Нарушения установленной дисциплины ведут нас к неизбежным неприятностям. Но мы с тобой это помним, так, Лавренко?
– Так точно. Ведут.
– Значит, будем избегать, – старший лейтенант извлекал из мешка чехлы и подсумки, почти все новенькое, пахнущее неношеной кожей и чистым брезентом. – Ты у нас что имел на вооружении в своем славном бытие на прекрасных берегах Днестра?
– Автомат имел. ППШ. Хороший автомат, надеюсь, вернут, – намекнул Тимофей.
– Правильно. Доверие к своему проверенному и привычному оружию – основа успешного боя. Но в запасе у нас автоматов нет, так что пока получишь легкую артиллерию. Тем более, ты нынче на должности посыльного-связного, гонять по берегам уместнее налегке. Пистолет системы Токарева в руках когда-нибудь держал?
– Приходилось. Мне разведчики показывали. Только, товарищ старший лейтенант, пистолет мне не положен. И стреляю из него я не очень уверенно, – честно сказал Тимофей, стрелявший из пистолета единственный раз, да и то из трофейного «парабеллума».
– Это временно и в виде исключения. По окончанию высадки вернешь, – пояснил Нерода, расстегивая кобуру. – Тьфу, тугая, новая. Смотри сюда…
Тимофей получил краткий пистолетный инструктаж, потом новый командир заставил снять с ремня пустой подсумок под диск, «ибо болтается как использованный контрацептив и вводит личный состав в недоумение». Боец Лавренко свернул подсумок и упихал в карман шаровар. Нерода хмыкнул: