- Спасибо, детка, - кивает он Хлое и забирает влажный стакан. Выпивает залпом. - Так вот, Джон. Ты выполняешь свою часть сделки, я в ответ расскажу тебе, что обещал. И если обойдётся без подобных инцидентов впредь - возьму тебя в штаб, в настоящий тренировочный тир. Постреляешь из боевого оружия по мишеням. Хочешь?
Кажется, счастливым светом глаз Джона можно осветить комнату, дом и половину Манхэттена.
- Я тоже хочу пострелять, дядя Дзеймс! - вскрикивает Хлоя и забирается ему на колени. Баки закатывает глаза, притягивая девочку поближе, чтобы не свалилась.
- Посмотрим. Но в следующий раз, когда твой брат захочет сделать глупость, дай ему подзатыльник, хорошо?
- А ты меня научишь? - с готовностью соглашается Хлоя. - Давать подзатыльник?
- Научу. Я вас всему научу. Вот мама обрадуется.
****
Стив стучится в квартиру Беннера в Башне Старка, когда ещё нет девяти, и ему на самом деле стыдно, но он, кажется, переоценил пределы своего терпения. Он хочет знать ответ, и никто, кроме Брюса Беннера, ему не поможет. Тем более, в такое время.
- Стив? - удивляется Беннер, приоткрыв дверь. Он стягивает полы наскоро накинутого халата, встрёпанные тёмные вихры торчат во все стороны. Беннер широко, заразительно зевает. Ну конечно. Они же с Тони на пару могли и всю ночь просидеть. “А ещё он может быть не один”, - вякает кто-то внутри, и бравый Капитан Америка уже не знает, куда себя девать от нахлынувшего осознания собственной бестактности. - Что-то случилось?
- Доброе утро, Брюс, и прости, если разбудил. Я войду? Не помешаю? - тут же спохватывается Стив, краснея ещё больше.
- Заходи, конечно. Ты меня пугаешь, Стив, - хмыкает он и закрывает за ним дверь. - Кофе? - спрашивает Беннер, проходя вглубь огромной светлой студии. А ведь Старк и ему… Им с Баки предлагал перебраться сюда. Вот только Бак наотрез отказался. Впрочем, Стиву тоже нравилась их квартира и район.
- Не откажусь, - кивает он, с интересом осматриваясь по сторонам. На светлых, однотонно выкрашенных стенах висят замысловатые яркие картины.
- Модерн арт, - говорит Беннер, отмечая заинтересованный взгляд. - Мне нравится. Свежо как-то.
- Да, неплохо.
- Ты какой кофе пьёшь?
- Американо, если можно.
Беннер улыбается и лениво колдует над кофеваркой, засыпая в отверстие ароматную стружку.
- Я в ванную ненадолго, с твоего позволения, - говорит он, проходя мимо и снова зевая. - Чувствуй себя как дома.
Стив улыбается и присаживается на высокий стул у стойки в кухонной зоне. У Беннера так чисто и аккуратно, что он лишний раз боится что-нибудь тронуть. Стив за последнюю неделю вообще забыл, что значит порядок. Ещё через пять минут посвежевший Беннер с зачёсанными назад мокрыми волосами и не в халате, а в длинных клетчатых шортах и футболке, ставит перед ним кружку с чёрным дымящимся напитком. Пахнет вкусно. Бодрит.
- Итак? - начинает Беннер, отпивая глоток и отставляя свою чашку.
- Я по личному вопросу, Брюс. И надеюсь оставить это между нами.
- Конечно, - заверяет заинтригованный Беннер.
- Я думал, что смогу вообще не интересоваться, но это оказалось выше меня. Я хочу знать правду.
- О чём ты, Стив?
Стив тяжело вздыхает, чувствуя аромат кофе, к которому даже не притронулся, и решается:
- Я слышал, что сыворотка суперсолдата делает человека бесплодным. Я хочу удостовериться, - негромко говорит он. Беннер замирает, не донеся чашечку с кофе до рта.
- Зачем тебе это, Стив? Ты хочешь завести ребёнка? - удивляется Беннер.
- Я хочу знать правду, - упрямо отвечает Стив, - Когда я подписывал бумаги при приёме в армию, я не помню, чтобы там было хоть слово об этом. Так ты… поможешь?
- Почему нет, - пожимает плечами Беннер. - Только нужен материал для анализа. Надеюсь, ты понимаешь?
- Да, вполне.
Брюс встаёт и начинает очень шумно рыться в выдвижных ящиках кухонного гарнитура. Успокаивается и возвращается к своему кофе, только когда кидает Стиву небольшую пластмассовую баночку.
- Прошу.
- Для получения результата потребуется много времени?
- Совсем нет. Минут пять-десять от силы.
- Отлично. Тогда я подожду, если ты не против.
- О чём речь. Ванная направо по коридору.
Через семнадцать минут и несколько нервных глотков из кружки, Стив встречается взглядом с вернувшимся из мини-лаборатории Брюсом, и тот смотрит печально и мотает головой.
- Мне очень жаль, кэп.
Стив сжимает кулаки, упрямо смотрит на оставшуюся на дне чёрную гладь. Он предчувствовал этот ответ. Но услышать его окончательно - совсем другая и почему-то грустная история.
- Если позволишь, я бы предположил, что это не побочный эффект сыворотки. Под микроскопом это выглядит как планово использованный энергоресурс. Отключенная функция, если быть точным. Видимо, репродукцию посчитали ненужным пунктом для суперсолдата… И не обессудь, кэп, но это недалеко от правды.
- Наверное, - безрадостно кивает Стив, остекленело глядя в почти пустую кружку.
- Послушай, кэп, - Беннер вздыхает. - Лично я считаю, что ты бьёшь все рекорды живучести. Ведь сыворотка эта явно не планировалась как долгосрочный проект. Разовая акция, вспышка, фейерверк, победа научной мысли Америки. От неё и тебя ожидали, что вы как следует послужите своей стране, а потом трагично сгинете в какой-нибудь особо жестокой заварушке. С последующими почестями и дифирамбами, куда без этого? Ты ведь даже военным-то не был. Но ты выбирался из передряг снова и снова, утёр нос всем. Никто из тех умников не рассчитывал, что ты выживешь. Что дотянешь до этого времени и прекрасно вольёшься в него. Но жизнь всё расставляет по своим местам, Стив, - заканчивает Беннер и смачно хлопает его по плечу. Стив вздыхает и откусывает изрядный кусок овсяного печенья, запивая всё последним горчащим глотком крепкого кофе.
Жизнь продолжается, только вот как к этому привыкнуть? К яркому, неоновому, блестящему, быстрому. Как привыкнуть к собственной ущербности и неформату, даже если это облечено в шуршащий фантик из суперспособностей? Как бы они с Баки ни пытались, не выходит до конца. Всегда чувствуется эта лёгкая неловкость, словно они - два чужих кусочка паззла в общей коробке. Деталей слишком много, чтобы уличить их на глаз. Но если начать собирать - тайна неминуемо раскроется рано или поздно. Как ни крути, лишние. Радует только одно. Между собой они подходят идеально.
Он допивает кофе, рассыпается в извинениях и благодарностях, и никак не может решить, что ему делать с новым знанием? Зачем оно ему было нужно? Он ведь постоянно возвращался к тому разговору с Баки мыслями, даже спал плохо. И что теперь? Хочется поскорее оказаться дома, чтобы посмотреть в знакомые до последней крапинки глаза, чтобы выдохнуть, чтобы обнять детей. Просто хочется оказаться дома.
========== Часть 8. ==========
Сегодня важное утро. Очень важное для маленьких Барнсов и Мелиссы. Баки волнуется не меньше: в десять операция, а потом почку отдадут на анализ и, наконец, выяснят, что с ней не так.
Стив, вернувшийся с ранней пробежки, недолго стоит на пороге собственной спальни, глядя на Баки, обёрнутого с одной стороны Джоном, а с другой - Хлоей. Потрясающий бутерброд, и очень трогательный. Баки спит на спине с приоткрытым ртом, иногда выводя рулады. Стив улыбается и мысленно даёт им всем ещё десять минут, пока сам будет мыться в душе. Сегодня он милосерден. Они встают в восемь утра по побудке Стива, сонные, разморенные теплом друг друга, зевающие в три рта. Забиваются в ванную, и пока Хлоя сидит на горшке, едва не засыпая снова, Баки с Джоном чистят зубы над одной раковиной. Очень жаль, что Стив не сможет поехать в больницу с ними вместе. Мария позвонила вчера вечером и в срочном порядке вызвала на какое-то важное организационное совещание на полдня. Она поклялась, что после этого не упомянет слов “финансирование” и “фотосессия” в ближайшие полгода. Что ж, как обычно говорит Баки? Доверяй, но проверяй.
Ближе к девяти в дверь интеллигентно стучат. Стив открывает - на пороге Роза с неизменным блюдом выпечки к завтраку в руках. Квартира неуловимо наполняется сдобным вкусным запахом. Сегодня это обычные блины, но зато в другой руке у соседки баночка варенья из киви, и, чёрт, Стив и представить себе не мог, что такой странный продукт на самом деле божественная вкуснятина. В меру сладкое, в меру кислое, оно странной лёгкой горечью обжигает нёбо. Он млеет, прикрывая глаза. Баки смотрит на него странно, но в конце концов тоже улыбается. Они с помощью детей уминают пол-литровую банку за десять минут, Роза только с радостью потакает творящемуся непотребству и качает головой: “Ешьте, у меня ещё есть пара штук, остались с прошлого года”. Это её стратегическая ошибка - Стив успевает заметить, как хищно прищуриваются глаза Баки в этот момент, пуская лучи морщинок от век и в стороны. Видимо, замечательность варенья не укрылась от него тоже.