Лина лишь усмехнулась, пряча улыбку. Выходки своей матери она прекрасно знала. Зато видеть, как за ее маму переживает шейх, очень даже приятно. Мама столько лет одна, а теперь ее глаза светятся от счастья. Жаль только, что у нее самой все не так гладко.
— Э… мы просто развлекались, Джахан. — сморщилась Шерри от боли в руке. — Рука немного болит, а так все отлично.
— Голая на мотике, Самир, это фишка. — она снова усмехнулась, глядя на Самира.
Тот отводит глаза, делая вид, что он вообще не причем. Потом подходит к Лине, сидящей на лошади и тихо спрашивает.
— А ты бы так не побоялась поехать?
— Как, на мотике голой или на лошади без седла? — Лина недовольно сверкнула своими зелеными глазами. При взгляде на Самира ее вновь окутала ярость. Чертов гад!
— На лошади без седла… — спрятал он улыбку.
— Нет, конечно. Вот еще, чего там бояться! — с вызовом ответила она.
— Садись. — он кивнул в сторону лошади Шерри и подал девушке руку, чтобы помочь слезть.
Мисс Свонг презрительно фыркнула и молча спрыгнула со своей лошади, игнорируя его помощь. Попыталась залезть на лошадь Шерри, но не выходит.
Самир сдержал смех и быстро подсадил ее, ненароком коснувшись груди. — Держись крепче.
— Самир, ну и как это понимать? Меня дурой назвал, что я на лошади без седла поехала, а Лину сам к этому склонил. — возмутилась Шерри.
— У меня все под контролем, о рассудительная! — ответил Самир и тоже запрыгнул на свою лошадь.
— Какого черта, Самир! Лина! — Джахан возмущен таким безрассудством детей. Но их уже и след простыл, лишь клубы пыли видны. Шейх кивнул и часть охраны последовала за Самиром и Линой.
— Шерри, что ты вытворяешь? — он нахмурился, глядя на брюнетку. Он вроде бы и зол на нее, но не то чтобы очень уж сильно.
— Что? — она захлопала ресничками. — Неужели ты никогда не ездил на лошади без седла? Я вот до сегодняшнего дня никогда! — она кусает губы, сдерживая смех.
— Ох, Шерри, Шерри, — он качает головой, скрывая улыбку, зарывается лицом в ее волосы. Похоже, что этой милой и дерзкой кошке он готов простить все что угодно!
9. Все налаживается
Лина мчит на лошади, довольно смеясь. Скорость, ветер бьёт в лицо, развевая ее длинные волосы.
Самир следует чуть позади, опасаясь, как бы девушка не свалилась с лошади, как ее мать. Он чертовски сожалеет о содеянном, и не знает, как загладить вину. Тот факт, что Шерри относится к нему по-человечески, еще больше мучает его. Уж кто-кто, а она должна его люто ненавидеть.
Лина оглянулась, и видя, что Самир совсем рядом, попыталась ускорить бег жеребца, чтобы оторваться от ненавистного парня как можно дальше.
Но похоже, жеребец не хочет слушать девушку и снова встает на дыбы, пытаясь скинуть с себя очередную дикарку. Лина крепко вцепляется в его гриву и невольно вскрикивает.
Самир тут же оказался рядом и, сдернув брюнетку с норовистой лошади, посадил перед собой. — Дьявол не любит девчонок. Вот и пытается скинуть. Не знаю, кто догадался подсунуть его Шерри… — заметил он, разворачивая своего коня.
— Спасибо, — выдавила она, тяжело дыша и крепко вцепляясь в гриву коня. Ее сердечко все еще бешено колотится.
— Что мне сделать, чтобы ты меня простила? Если я тебе так ненавистен и видеть меня не можешь, только скажи, я уеду из дома… Не буду напрягать тебя своим присутствием. — Самир пускает коня шагом, не торопясь возвращаться к родителям.
Она молчит, не зная, что ответить. Вообще, не в ее репертуаре молчать, но рядом с ним ей тяжело. Она чувствует его руки на своей талии, горячее дыхание обжигает шею, они так близко друг к другу... Невольные образы их близости так и встают перед глазами, заставляя задрожать от охвативших ее ощущений.
— Я не знаю, — наконец ответила Лина, ее голос еле слышен. — Ты меня унизил, творил со мной невесть что, словно я себе и не принадлежу, словно я вещь какая-то! — воскликнула она с горечью в голосе, все так же не оборачиваясь к нему.
— Я знаю, я повел себя как последний подонок… Мне нет оправдания, это нельзя простить… Я привык к совсем другим отношениям, вернее, это отношениями назвать-то нельзя… Там в клубе, я хотел подойти к тебе, но не успел – брат меня опередил. А потом, я шел сказать тебе, что Элли с Лейсом, но увидел, как ты спишь, меня словно накрыло… Я не хотел тебя отпускать, но отец заставил. Из-за Шерри… Это выглядит еще хуже, знаю… — вздохнул Самир. — Ладно, я уеду, ты права, только расстраиваю всех своим присутствием… Я бы и сам себя не простил. Понял, что натворил, уже позже, когда Лейс за тебя вступился, стал морду бить, а потом твоя мама отделала меня… Но, видимо, поняла, что я придурок, не стала добивать…