– Общество матерей – это не клуб домохозяек. Напротив, там много работающих женщин. Кроме того, для всех членов важно прежде всего то, что они поддерживают друг друга.
– Не знаю, – сказала Анна. – Я целый день вожусь с будущими и свежеиспечёнными матерями, и я не могу представить себе, что эти создания со сбитыми гормонами могут мне как-то помочь. Это если выразиться вежливо.
– Эти женщины не свежеиспечённые, – заметила я. – Они уже очень опытные. И они образовали сеть, в которой каждый помогает каждому. В центре внимания, разумеется, дети. Ты с Яспером уже посещала курсы? Не считая PEKiP, я имею ввиду.
– Я и PEKiP не делала, – сказала Анна. – Я акушерка! Матери приходят ко мне, чтобы поспрашивать о пелёночных струпьях, трёхмесячных коликах и воспалённых сосках. Меня называют ещё королевой таза.
Я уже видела, что придётся пустить в ход тяжёлую артиллерию.
– Ну допустим, но играет ли Яспер на каком-нибудь инструменте?
– Нет, – сказала Анна. – Но…
Я перебила её.
– Говорит ли он на иностранном языке?
– Нет, – снова ответила Анна. – Но ему ведь только четыре!
– Уже четыре, хочешь ты сказать, – неумолимо ответила я. – Ты когда-нибудь была с ним на плавании с детьми? На детском хоре? На детском уроке ритмики? В детской театральной группе?
Анна покачала головой.
– Я была с ним на плавании, когда он был младенцем. Но я была там с ним самое большое три раза, всё время что-то мешало…
– Он умеет кушать палочками?
– Не-е, но я тоже не умею.
Я продолжала забрасывать её всеми курсами, которые были перечислены на сайте Общества матерей под рубрикой «Образовательные предложения города с указанием цен и качества».
– Валять ангелов-хранителей? Играть на флейте? Участвовать в детском цирке?
Анне пришлось на всё ответить «Нет».
– В последний раз я прогуляла даже изготовление фонариков в детском саду. Яспер был единственным ребёнком с купленным фонариком.
– Ну ты видишь, – сказала я. – С Нелли я так много сделала неправильно. Если я её, к примеру, спрашивала, не записать ли мне её на балет, и она отвечала «Нет», я и не записывала. И именно за это она сейчас меня упрекает. Она, кроме того, говорит, что неудивительно, что у неё так плохо идёт французский, ведь у всех остальных в её классе были французские о-пэр. Наши младшие ещё очень маленькие, но когда-нибудь они тоже начнут нас упрекать.
– Яспер ездит на двухколёсном велосипеде с трёх лет, – сказала Анна. – Разве это не считается?
– Нет, не считается. Нам нужно это общество матерей, Анна. Раньше было нормально оставлять детей в покое, но если сегодня делать то же самое, то потом они ужасно отстанут – самое позднее, когда они пойдут в школу. Представь себе: Юлиус и Яспер смогут написать своё имя, а другие дети уже бегло разговаривают по-английски, играют на флейте и прочитали все книги про Гарри Поттера, не говоря уже о прочих вещах. Ты этого хочешь?
– Нет, – ответила Анна.
– Ещё не поздно. Пойдём со мной в это Общество матерей. Тебя они точно примут. Ты, в конце концов, акушерка.
– Это что-нибудь стоит? – Анна ещё колебалась.
– Нет, членство бесплатно. Я прямо сейчас спрошу, можешь ли ты завтра прийти на это пробное заседание.
– Ну хорошо, – ответила Анна. – Посмотреть я могу.
Я радостно обняла её.
– Вместе это будет наверняка очень весело.
Фрауке была не в таком большом восторге от этой идеи, как я надеялась.
– Послушай, это не официальное мероприятие, Констанца, куда можно привести подругу, которую мы не знаем. Я должна обсудить это сначала с остальными.
– Анна – мама Яспера из группы герра Нильсена, – сказала я. – Ты её точно знаешь.
– Яспер – это не тот ребёнок, который всё время кричит? – спросила Фрауке.
– Он говорит немножко громче, чем другие дети, – ответила я. – Но он очень развитый. Он уже в три года ездил на двухколёсном велосипеде.
– Ну, если тут нет тяжёлого синдрома дефицита внимания, – сказала Фрауке. – Как я уже сказала, я должна это вначале обсудить с остальными. Мы не принимаем к себе без разбору и не приглашаем без разбору на пробные заседания.
– У Яспера точно нет СДВ, – заверила я. – Я психолог, я бы это сразу заметила. Кстати, Анна – акушерка. – Надо было немного похвастаться. Я должна была продать нас с Анной подороже. Если они потребуют мой диплом, я скажу, что я его куда-то засунула. Я ведь всё время куда-нибудь что-нибудь засовываю.
– Ну хорошо, я думаю, что смогу ответить перед остальными за то, что пригласила на одного гостя больше. В конце концов, заседание состоится у меня дома, верно?