– Не-е, тут ты что-то путаешь, – сказала Фрауке. – Пятнадцать лет назад Ян был на последнем курсе. Я это знаю точно, поскольку я в это время сидела дома в Шмалленберге и была беременна Лаурой-Кристин.
– Не-е, тут ты что-то путаешь, – сказала я. – Я абсолютно уверена, что это было пятнадцать лет назад, потому что я вскоре познакомилась с Лоренцем и забеременела Нелли. А ей в понедельник будет четырнадцать.
– Исключено, – агрессивно сказала Фрауке.
– Ну, день рождения своей дочери я знаю точно, – сказала я так же агрессивно.
– А я говорю, исключено, что у Яна был секс на банке с сардинами, а я в это время, бросив учёбу, сидела беременная в Зауерланде, – ответила Фрауке.
Постепенно мне стало ясно, почему она такая злая. Её лицо было красным, как рак.
– Ну, я могу, конечно, ошибаться, – сказала я. Но было уже поздно. Боюсь, Яну сегодня не грозит уютный вечер с женой. Жаль его, конечно, но кто бы мог про него такое подумать? Он никогда не упоминал о своей подруге, которая сидела беременная в Шмалленберге в Зауерланде. Если бы он это сделал, ни я, ни Верена не пошли бы с ним в постель. Я-то точно нет.
– Я хочу домой, – сказал Юлиус. Он мельничным жерновом висел у меня на шее.
– Мы сейчас уходим, дорогой, – сказала я.
Фрауке я сказала:
– Я думаю, что общество матерей не для меня. Извини, если мы потратили твоё время.
– И ты извини, если я внушила тебе напрасные надежды, – сказала Фрауке. – Для некоторых общество матерей просто не по мерке. Но очень мило, что ты пришла. Ещё раз большое спасибо за цветы.
– Не за что, – ответила я.
Анна поставила ведро с водой к ногам Фрауке.
– Следы крови устранены. Во всяком случае, с ковра. С ребёнка они так быстро не сойдут.
– Надеюсь, что маленький разбойник по крайней мере чему-то научился, – сказала Фрауке, похлопывая Яспера по голове. – Думаю, некоторое ограничение телевизора пойдёт ему на пользу, Анна. Если тебе из-за его поведения нужен хороший детский психолог – на нашем сайте есть список. Доктор Зендеманн – корифей в своей области.
– Ну, если Яспер когда-нибудь плохо себя поведёт, я буду благодарна за ваши советы, – ответила Анна. – У вас наверняка есть много опыта в области плохого поведения детей.
– Вы что, уже уходите? – спросила Гитти.
– Да, уже уходим, – ответила я.
– Потому что сейчас начинаются наши курсы японского для детей и матерей, – сказала Анна. – Доставляют удовольствие и очень полезны детям. Мы там учим дзюдо, карате, суши, сою, оригами и тойоту, а сегодня, по-моему, будут камикадзе. Наш учитель – корифей в своей области.
– Загляните как-нибудь, на следующей неделе мы будем делать харакири, – добавила я.
– Хорошо, что вы сами увидели, что вы нам не подходите, – сказала Сабина. – Некоторые просто не могут понять, что мы придаём значение стилю и классу.
– Да, и они, конечно, рыдают, – заметила я. – Падают на колени и умоляют.
– Не беспокойтесь о нас, – сказала Анна. – Есть много других институтов, где можно воплотить свои садомазохистские фантазии.
Сабина, очевидно, лихорадочно подбирала какой-нибудь оскорбительный ответ, но ей в голову ничего не пришло.
Карста хрипло закашлялась.
– Ну, если она дышит здоровьем, то меня зовут Оттокар, – сказала Эллен.
– Это называется пышет здоровьем, Оттокар, – ответила Сабина.
– Накройся тазом, Сабина, – сказала Эллен. – А мне жаль, что вы не можете стать членами, вы обе.
– Спасибо, очень мило.
– Я провожу вас до двери, – сказала Фрауке.
– Увидимся на курсе валяния ангелов-хранителей, – крикнула нам вслед Гитти.
Я услышала, как Сабина дьявольски расхохоталась.
– Зло должно быть наказано, – заявила она. – Молодец, Гитти.
– Не расстраивайтесь, что не получилась, – сказала нам Фрауке у двери. – Как я уже говорила, вы не единственные, кто пытался. На десять заявок у нас девять отказов.
– Да, тяжело себе представить, что такое заседание мы не можем переживать каждую пятницу, – сказала Анна. – Но я должна сказать, это изумительно, как твой сын владеет Ти Эйч.
– Верно, – добавила я. – Но какими бы привлекательными я ни находила курсы иностранных языков – Юлиусу надо сначала пройти курсы самообороны, чтобы здесь выжить.
По дороге домой мы с Анной гоготали, как стая гусей.
– Знаешь, ты была права, – выдохнула Анна между двумя приступами хохота. – С тех пор как я познакомилась с этими женщинами, я чувствую себя действительно намного лучше. Впервые за долгое время я знаю, что я не такая уж плохая мама. Всё относительно, если сравнивать себя с правильными людьми.