Ближе к середине дня, однако, пришли вести, которые обнадежили Аню. Вернувшаяся из налоговой инспекции Марина Борисовна поделилась со своими сотрудницами последней информацией. А вести были таковы, что снова всколыхнули весь поселок.
Оказалось, не поверившие в вину своего сына родители Коли Лебедева совместно с соседями, родителями убитой Леночки Зиминой, которые тоже не верили, что такое зверское преступление могли совершить два по сути дела мальчишки, обратились к третьему пострадавшему — отцу Леры. На беду настоящих преступников убитый горем отец оказался высоким областным чиновником Министерства внутренних дел. В области была сформирована следственная бригада, которая и прибыла сегодня для расследования преступления около десяти часов утра. Начав знакомиться с результатами расследования дела местными следователями, прибывшие из области поняли, что расследование шло однобоко, по сути, исходя лишь из одной версии, по которой виновниками были определены Коля и Олег. Другие версии и не рассматривались. Местным полицейским все уже было ясно, оставалось лишь добиться признания вины от подозреваемых в совершении преступлении. Понимая, что время уже упущено и, скорее всего, придется вести долгое расследование, следователи готовились к долгой и упорной работе. Однако уже в одиннадцать к областным следователям с заявлением пришла девушка, за изнасилование которой был осужден ее знакомый. В заявлении девушка указала, что была изнасилована полицейским, но под давлением угроз с его стороны вынуждена была оговорить своего знакомого.
Удивленные следователи приняли заявление, повторно допросили потерпевшую. Каково же было их удивление, когда прослышав об этом, в полицию потянулись, одна за другой, молодые женщины и девушки с заявлениями об избиениях и изнасилованиях. Всего их оказалось больше десятка. К концу дня у следователей уже сложилась определенная картина, были определены предполагаемые фигуранты. А ближе к вечеру прибыли на подмогу следователям омоновцы и начались задержания. Не ожидавшие подобного развития ситуации фигуранты не сопротивлялись. Были задержаны несколько полицейских, «громила», «крысеныш», и даже Зойка Овчаренко. Не смогли сразу задержать лишь Костика. Поняв, что дело плохо, тот попытался сбежать, но тоже был задержан по пути в город.
К концу рабочего дня от всех этих вестей голова Анны просто раскалывалась. Она не знала радоваться ей или продолжать бояться. Да, бояться. И теперь уже не своих обидчиков. Им теперь нет, пожалуй, дела ни до нее, ни до Кристины. А вот огласки, того, что и ее имя всплывет в ходе следствия, она очень не хотела. Мало ей позора из-за ее пьянства, так теперь, когда у нее, вроде как, снова начала налаживаться жизнь, чувствовать унижение и презрение со стороны родных и знакомых? Нет, никогда! Пока о ее унижении и позоре знали лишь она сама и ее мучители, это одно дело. Но чтобы об этом узнал еще кто-то? Нет, нет!
Не носившая даже крестика и в общем-то не верившая в Бога, Нюра за эти дни не раз обращалась к нему, сама того не замечая. Вот и сейчас в ее голове проносилось:
— Господи, пусть их накажут! Их все равно накажут. Но пусть мое имя нигде не прозвучит. Ведь и им не надо, чтобы лишние факты всплыли. Господи, помоги! Не переживу я, если дочь и муж узнают. Я ведь уже итак много сделала, чтобы встать на путь истинный. Не надо меня больше терзать! Господи, помоги!
Домой Аня шла вконец измотанная и уставшая. Ей хотелось одного — скорее покончить с домашними делами и отдохнуть. Когда она проходила мимо магазина, торгующего спиртными напитками, неожиданно возникшее острое желание зайти в магазин, купить бутылку водки и, выпив ее дома, забыться, отстраниться хотя бы на время от всех этих проблем, заставило, уже было, ее свернуть к магазину. Но, дойдя до крыльца магазина и уже взявшись за ручку двери, она повернула обратно и пошла дальше по дороге домой. Анна подумала, что не может она обмануть доверие поверившей в нее дочери. Если она снова начнет пить, дочь не поверит ей уже никогда.
Измученная и истерзанная мыслями, она, наконец, добралась до дома. Кристина встретила маму у порога в радужном настроении.
— Привет, мамуль! Раздевайся, мой руки. Я сегодня сама ужин приготовила. Буду сейчас тебя кормить.
— Ты сама приготовила ужин? Когда же ты готовить научилась?
Довольная тем, что ей удалось удивить маму, Кристина хитренько улыбнулась: