– Всё это слишком сложно! Смысл тогда в большом состоянии и титулах, если этим не воспользоваться?
– Ну почему же я не пользуюсь своим положением? У меня именитые портнихи и ювелиры, в конюшне стоит лучшая в королевстве четверка лошадей. На балах я не танцую абы с кем, а лишь с нужными людьми, которые, к тому же, являются интересными собеседниками. Чтобы блистать, Шарлиз, нужно много работать над собой.
– Но остальные дамы при дворе ничего этого не делают, но имеют успех.
– Потому что эти самые дамы предпочитают проводить свое время во дворце без мужей, если ты понимаешь, о чем я. Их распирает от гордости, когда они выносят ночной горшок ее величества или ругаются из-за очереди подать Элизабет ночную сорочку. Однако такой путь скоротечен, как и их молодость. У меня свой путь.
– Некоторые фрейлины королевы тебя ненавидят и считают выскочкой!
– Я знаю. Нужно еще сделать так, чтобы боялись. А еще я знаю, что твой Ксавье меня на дух не переносит.
– Это неправда, он очень тебя уважает! А откуда ты это знаешь?
– Шарлиз, ты совершенно не умеешь врать, да тебе это и не нужно. В общем, мне пора. Надеюсь, я ответила на твой вопрос. Встретимся на балу в честь нового посла.
После таких воспоминаний Шарлиз стало еще грустнее, однако, заметив своего мужа, который искал ее в королевском парке, она радостно улыбнулась и, отпустив служанку, поспешила ему навстречу.
– Любовь моя, я тебя заждалась!
– Беседовал с королевской стражей. Завтра прибывает посол из Гентауи, нужно расставить охрану по пути его следования до дворца.
– А зачем он к нам едет?
– Милая, не засоряй свою хорошенькую головку этим. Думай лучше о том, что наденешь на бал.
– Толку-то. Всё внимание опять достанется Кэти.
– Не понимаю, как ты можешь дружить с этой змеей? Она хитрая, беспринципная и сует свой нос везде. Пусть хоть весь мир смотрит на нее с восхищением, мне главное, чтобы ты получила удовольствие от этого мероприятия, натанцевалась от души и пообщалась с милыми дамами.
– Кэти, чтобы добиться этого, читает умные книги, сама ведет учет своих угодий… Может и мне попробовать?
– Ангел мой, у тебя в библиотеке есть множество дамских романов, они как раз для таких нежных барышень. Домовую книгу пусть ведет управляющий, зачем тебе все эти цифры? У тебя так хорошо получается вышивать, вот и занимайся этим, а всё остальное предоставь мне. И вообще, я очень жду наследника и надеюсь, что в скором времени ты перестанешь думать о всякой ерунде и посвятишь себя воспитанию нашего сына.
Шарлиз лишь кротко кивнула и, взяв мужа под руку, пошла с ним к карете.
«Наверное, он прав, – думала баронесса, – ведь он мужчина. Зачем мне тратить свою жизнь на чтение непонятных книг, когда я была рождена для создания уютного семейного очага? Ксавье так любит меня и оберегает, неужели я буду огорчать его своими мимолетными прихотями? Пусть Кэти занимается чем угодно, кружит головы, принимает решения, это всё не для меня. Как только появится малыш, я с радостью окружу его своей нежностью. Ничто в мире не сравнится с детской улыбкой и маленькими ручками, которые он тянет к своей маме. Мы будем играть во дворе, он будет собирать мне цветочки с поляны. Скорее бы стать мамой! Я обязательно буду счастлива без всяких этих ученостей».
Кэти, убрав со лба непослушную прядь волос, повернула голову и стала разглядывать спящего рядом герцога Барлоу. В отличие от своего покойного мужа, к этому мужчине она хотя бы испытывала искреннюю симпатию и благодарность, ведь Хайден всегда был щедр на подарки и неоценимым помощником в разрешении тех или иных вопросов. Однако Кэти несколько смущало, что герцог слишком к ней привязался и даже признавался в любви, словно пылкий юноша. Маркизе совершенно не нужны были лишние эмоции, так как Барлоу начал испытывать ревность, если она общалась и кокетничала с кем-то из придворных, а это мешало ей двигаться к цели.