– Что?! Сколько я здесь лежу?
– Неделю, – Кармэль решительно оттолкнула лекарей и, присев на краешек кровати, взяла в руки миску с бульоном. – Вам нужно выздоравливать, поэтому необходимо поесть и еще нужно попить. Вот, позвольте, поднесу вам стакан с водой… Пейте, вам потребуется много сил.
– Много сил? О чем ты? – Кэти нахмурилась и тотчас вскрикнула от боли. Она стала осторожно ощупывать лицо, чувствуя под пальцами какие-то неровности.
– Ваше величество, вам нужен покой, – испуганно забормотал Лоуди.
– Дайте мне зеркало. – Кэти почувствовала, как по спине побежал холодок. – Я приказываю!
Взяв в руки принесенное зеркальце, она поднесла его к лицу и тут же, взглянув на свое отражение, испуганно вскрикнула.
– О, боги! Мое лицо! Что с ним?! Что за жуткие шрамы?
– Ваше величество, со временем они станут не такими заметными, – попытался успокоить ее Миндет. – Когда раздался взрыв, трубочка сиялки разлетелась на множество осколков, которые в вас попали. Но вы хотя бы остались живы, в отличие от короля и несчастной фрейлины, которая стояла рядом с ним.
– Оставьте меня! Пошли все вон! Я хочу побыть одна! Вон!
Оставшись одна, Кэти дрожащей рукой вновь поднесла зеркальце к лицу.
Когда-то безупречная кожа теперь была похожа на мятую ткань, которую неумело сшили. Глаза были заплывшими и воспаленными, а брови и ресницы подпалены. Глядя на свое отражение, Кэти почувствовала, как ее захлестнула волна ужаса. Мысль о том, чтобы предстать перед своими поданными, править с этим новым, изуродованным лицом, была почти невыносима. Глаза Кэти наполнились слезами, и с криком, полным бессильной ярости, она швырнула зеркало об стену.
Прошла еще неделя, прежде чем королева окрепла настолько, что смогла встать с постели. В замке, некогда пышущем весельем, висела тревожная тишина, все зеркала в замке были завешаны а придворные, встречая королеву, старались не смотреть ей в глаза. Это ужасно расстраивало и бесило Кэти, однако, сжав зубы, она старалась делать вид, что не замечает страха и жалости на их лицах. Шарлиз побывала у нее на днях, попытавшись приободрить, но лишь еще больше расстроила.
– Кэти, дорогая, мне так жаль, что всё это случилось. Надеюсь, ты поправишься и перестанешь ненавидеть свое отражение. Кстати, хочу предупредить, ты до сих пор не посетила могилу короля и придворные начинают шептаться об этом.
– Плевать на них. – Кэти рассеяно просматривала бумаги, принесенные советниками. – Я королева и делаю, что захочу. Что еще болтают за моей спиной?
– Ничего такого, чтобы тебе стоило знать в твоем состоянии.
– В моем состоянии, – Кэти фыркнула. – Интересно, теперь, когда я вдова, большая ли очередь из женихов выстроится ко мне?
– Кэти, ты обязательно обретешь свою любовь и счастье, не переживай!
– Шарлиз, ты меня уже начинаешь раздражать со своими семейными ценностями. Я уже счастлива, поняла? Я королева! Трон стал моим. Зачем мне король? Чтобы он перетянул правление на себя? Нет уж. Не для того я старалась и прошла через это всё. Кстати, я тут подумываю изгнать из дворца все симпатичные мордашки, чтобы не докучали мне.
– Кэти, умоляю, не становись чудовищем! – Шарлиз с ужасом взглянула на королеву. – Будь прекрасна своими поступками и добрыми делами и люди перестанут замечать твои шрамы.
– Я могу приказать выколоть глаза любому, кому не понравится моя внешность. А теперь убирайся! – закричала Кэти. – Не хочу видеть твое румяное лицо!
В один из дней, когда Кэти наносила очередную порцию лечебной мази на лицо, Кармэль принесла письмо от Мезьена.
«Ваше величество! Я узнал, что произошло на королевском празднике и ужасу моему нет предела, ведь к этому кровавому событию я, к своему стыду, тоже причастен. Очень жаль, что мне не хватило смелости отказать вам в вашей просьбе и погибли люди. Знай я тогда, что вы задумали, для чего просите сделать сиялки со смертельной начинкой, я бы немедленно сбежал. Только сейчас я понял, почему взрывной порошок так вас заинтересовал. Вы хотите сеять смерть, удерживать власть, избавляться от неугодных, используя мое изобретение. Но я положу этому конец. Все формулы, которые были мною созданы, я уничтожил и больше не вернусь назад, пока вы на троне.»