Ну вот, я полностью готова к путешествию. И только я хотела открыть портал, как вспомнила, что забыла перекрыть воду. Я быстро пробежалась по квартире, перекрыла воду, ещё раз проверила, заперта ли дверь, и только после этого открыла портал.
Портал открылся в том же месте, где я его вчера открывала. Не теряя времени и чтобы не передумать, шагнула в него. Конечно, было очень страшно.
Когда оказалась на поле, вокруг не было ни души, по крайней мере, я никого не заметила. Я повернулась к порталу, выпустила кулон, который висел у меня на груди, и моя комната исчезла. И когда всё исчезло, передо мной стоял вчерашний мужчина, я закричала от страха, но тут же закрыла себе рот обеими ладошками.
— Извините, если напугал вас. — произнёс мужчина.
— Это вы меня простите. Я... — начала я, но не успела договорить.
— Вы так похожи на Аллу... — сказал мужчина, глядя на меня с грустью и болью.
— Вы знакомы с моей мамой?
— С мамой? — его взгляд стал более заинтересованным.
— Если, конечно, мы говорим об одном и том же человеке, Алле Леонидовне Кукушке. — уточнила я.
— Да, о ней. — подтвердил мужчина, и я заметила радость в его глазах.
— Где она? Или вы пришли сюда одна? — спросил он, заглядывая за мою спину.
— Я одна. Моя мама умерла месяц назад. — произнесла я, чувствуя, как боль сжимает мою грудь, когда я говорю о ней.
Мои слова произвели на мужчину сильное впечатление, он побледнел. Мне было трудно понять, насколько они были близки и знакомы с моей мамой, чтобы вызвать такую реакцию.
— Прошу прощения, кто вы? — спросила я, с трудом преодолевая боль, сдавившую грудь.
— Я? Прошу прощения, что не представился. Меня зовут Генрих Тинлей, я твой отец. Я примерно вычислил, когда тебе должно было исполниться восемнадцать, и с тех пор нахожусь здесь, ожидая тебя вместе с твоей мамой. — сказал он. В его голосе почувствовал боль.
Так! Стоп! Мой папа?
— А. Я. Ого! — только и смогла произнести я, охваченная шоком.
— Как тебя зовут, доченька? Ты так похожа на свою маму. У тебя такие же светло-медные волосы и глаза, как у неё.
— Меня зовут Марина. — произнесла я.
— Очень рад знакомству, доченька. — с этими словами он протянул мне руку.
Когда мы пожали руки, я ощутила тепло. Сложно описать это чувство, но словно мою душу согрело, и все мои страдания, душевная боль — всё это исчезло. Я отдернула руку, не понимая, что происходит.
— Не бойтесь, я не причиню тебе зла. Я лишь забрал ту боль, которую ты переживала с утратой мамы. Прости, но у тебя, доченька, очень важная миссия, и её нужно выполнить без душевных терзаний. Хочешь, я покажу тебе дом твоей мамы? — в голосе Генриха, то есть папы, звучала забота и нежность.
— Хорошо.
Мы молча шли по полю, каждый погружённый в свои мысли.
Вскоре мы подошли к лесу, но он быстро закончился, и перед нами предстали дома и оживлённая улица. Обстановка вокруг не вызвала у меня особого удивления или шока. Всё здесь напоминало как в фильмах о старом Техасе.
Дома были двух- и трёхэтажными. На первом этаже находились лавки и магазины, а на втором — жилые помещения. Подсказал мне Генрих.
Одна улица сменяла другую, и везде была одинаковая планировка. Люди были одеты современно. Можно даже сказать, что их одежда не отличалась от нашей земной.
Так мы дошли до конца четвертой улицы, где стоял двухэтажный домик. На первый взгляд, в нём кто-то жил. По крайней мере, он не производил впечатления заброшенного.
— Это дом твоей мамы. — сказал Генрих, подводя меня к нему.
— В нём кто-то живёт? — спросила я.
— Нет, с чего ты взяла?
Я поделилась своими мыслями о том, что дом не производит впечатления заброшенного.
— Марина, это магия помогает сохранять его в хорошем состоянии, когда хозяин дома отсутствует. А когда хозяин дома умирает, и если у него нет наследников, дом переходит в собственность администрации, и его продают. Обычно такие дома полностью обносят забором, пока не найдутся новые жильцы. Но так как у дома есть ты, он не обнесён забором.
— Понятно.
— Пошли внутрь?
Он открыл дверь, пропуская меня вперёд.
— Генрих, ты уже вернулся? — спросил молодой парень, спускаясь со второго этажа и глядя себе под ноги. — Оууу... А ты кто? — спросил Генрих, когда поднял голову и посмотрел на меня.
— Игнат, познакомься, это моя дочь Мариночка. — сказал Генрих, увлекая меня в глубь дома.
— Привет! — помахала я парню рукой.
Парень был выше меня на две головы, имел среднее телосложение. Хотя он и не был прям качком, его фигура была подтянутой и спортивной. Обтягивающая чёрная рубашка подчёркивала все его достоинства, при движении обрисовывала каждый мускул. У него были чёрные волосы с модной стрижкой и красивое лицо с выразительными серыми глазами.