Ни Джулианна, ни Билл, ни Френс — никто не замечал происходящего, и даже малейшим взором не удостоил. В баре царил пьяный хаос, но никому до этого не было дела.
Драка продолжалась и, как видно, была только в самом начале. Мадлен все танцевала и танцевала. Юбка развевалась в такт вместе с ее не особо плавными движениями. На лице Мадлен была безумная улыбка. Волосы разметались по щекам, челка прилипла ко лбу. Девушка снова засмеялась и начала кружиться. Все быстрее, и быстрее, и быстрее… Словно ураган, одержимый стихией. И в один из своих па она без сил упала. Деревянный пол проскрипел, словно чей-то крик пронзил и разорвал юную плоть. Мадлен ударилась виском о ножку стола, и по ее прекрасной черной головке потекла кровь, жадно завоевывая каждый сантиметр на своем пути…
Но и тут ни один из присутствующих не обратил на произошедшее ни малейшего внимания, и даже завязавшаяся драка не думала обретать хоть какой-то логический конец… Никто не замечал, никто не видел… Никто не желал видеть. И никто, никто не мог уйти. «Мандэвилль» крепко захватил их в свои объятья и не собирался отпускать.
И мы… Мы слишком поздно поняли это… И теперь мы тоже стали не просто невольными свидетелями, но и заложниками ночного «Мандэвилль». Нам никогда не выбраться. Никто не может выбраться отсюда.
Через пару часов зеркало Джулианны начало терять свое отражение. Шляпа Билла бесшумно исчезла с ее обладателя, сигарета Френса, кровь Мадлен… Все начало тускнеть, блекнуть, терять форму и свои очертания. Жители бара «Мандэвилль» начали плавно растворяться в облаках сигаретного дыма. Постепенно они просто растаяли, исчезли. «Мандэвилль» испарился в лучах рассвета…
***
И вновь ночь постучалась в двери. Время без нескольких минут двенадцать. Доносящаяся музыка из старого обветшалого здания безудержно разрывает нависшую тишину. Ветхие дверцы, рассохшиеся еще столетием ранее, поскрипывают в такт льющейся мелодии. Брызжущими искрами выплескивается мятежный свет из окон, которые уже давно облупились и потускнели. «Мандэвилль» заманчиво и радушно вновь зазывает случайных странников и прохожих. «Мандэвилль» вновь гостеприимно открывает свои двери…
Конец