Валентин Эдуардович сконфузился еще больше. Удивительный молодой человек! Кожа редактора покрылась мурашками то ли от холода, то ли от бесстрастности Марка. «Все-таки нужно было зажечь камин», – подумал маленький человек.
Марк подошел поближе к Валентину и слегка наклонил голову:
– Благодарю за чудесный ужин. Но я очень устал и хочу поскорее добраться до кровати. Давайте в скором времени встретимся и обсудим все детали нашего будущего предприятия. И еще. Прошу разрешения пригласить вашу дочь на свидание.
Молодой мужчина не дождался ответа и покинул кабинет. Редактор широко открыл рот и растерянно развел руками. «Вот это развязка!» – ошарашенно подумал он. А Марк потащил Фаину к выходу, не дав ей попрощаться с хозяйкой. Вилора несколько минут с опущенной головой сидела за столом, затем стремительно убежала в комнату. Варвара осталась одна в гостиной и задумчиво произнесла: «Что это все значит?»
Вечером следующего дня Фаина не знала, за что взяться в первую очередь. Она приготовила себе ванну, пожарила котлеты на чугунной сковородке, и погладила платье. Домработницу отпустила, хотела все сама сделать. Женщина порхала по дому, напевала себе под нос. Неожиданно остановилась и громко рассмеялась. Давно не была такой счастливой.
Марк пришел в ее кабинет после обеда и сказал, что будет дома пораньше для серьезного разговора. Фаина догадалась, в чем дело. На ужине в доме гостеприимного редактора несколько раз из уст хозяев прозвучало «жена». Марк смущался каждый раз, слыша это. И вот наконец-то он понял, что пора это исправить и пожениться наконец. Фаина даже не сомневалась в своем предположении. Она мгновенно простила любимому человеку его грубость и безразличие. Будет настоящая семья. Дети! Женщина родит ребенка. Конечно, она далеко не молода, но ведь рожают и в таком возрасте. «Теперь уж точно все наладится! – думала Фаина. – Я уйду с работы. Буду воспитывать детей, а Марк пусть руководит мастерской. Хочу простого женского счастья!».
Мужчина вошел в гостиную хмурый. Он недовольно посмотрел на красиво сервированный стол и Фаину в нарядном платье, которая сияла от радости. Женщина сняла с Марка плащ и повесила на спинку стула. Налила в бокал красное вино. Села напротив мужчины и внимательно наблюдала, как он ест. Через несколько минут Марк раздосадовано бросил вилку и нож на тарелку. Раздался резкий звон.
– Фаина, перестань гипнотизировать меня! Не хочу больше есть. Спасибо, что приготовила ужин.
Женщина сдержала слезы и улыбнулась:
– Милый, давай тогда приготовлю тебе кофе?
Марк выскочил из-за стола, обхватил руками голову и злобно зарычал:
– Фаина, хватит! Я не хочу кофе! Я не милый! Ты же знаешь, что я не люблю тебя. Я благодарен, что в трудный момент жизни ты оказалась рядом и помогла мне встать на ноги. Но я с лихвой отработал это, трудясь в мастерской.
Фаина побледнела и перестала дышать. Слезы подступили к глазам. Меньше всего хотелось разреветься. Нужно что-то говорить, спасать ситуацию. Она подошла к мужчине и попыталась обнять.
– Маркуша, успокойся. Давай поговорим.
Марк грубо вырвал руку и заорал:
– Я не Маркуша!!! Я ухожу из мастерской, и из твоей жизни! Я хотел спокойно это обсудить, но ты делаешь вид, что не понимаешь. Нацепила это платье, котлеты нажарила! Валентин Эдуардович сделал мне интересное предложение, и я согласился.
– Но ты можешь стать директором мастерской. Хочешь?
– Нет. Я буду руководить собственным проектом. Утром соберу вещи и уйду.
Фаина бросилась к двери и встала в проеме.
– Я не пущу! – рыдала она. – Только не уходи! Не смогу жить без тебя-я-я! Пожалуйста, останься.
Марк грубо отпихнул ее и вышел из комнаты. Женщина упала и схватила его за ногу. Она громко кричала и умоляла остаться. Он дергал ногой, пытаясь освободиться. В этот момент Марк люто ненавидел ее. Ненавидел этот дом со старинной мебелью, эту хрустальную посуду и тяжелые шторы. Ненавидел Фаину с черными ручейками слез. Она казалась такой старой и неуклюжей сейчас. Как он мог спать с ней, целовать эти тонкие губы? Отвращение перекрыло голос разума, и он сильно толкнул женщину в грудь ногой. Она откатилась и закричала еще громче:
– Не уходи! Не уходи!
Марку так тошно стало в этом доме, что он решил уйти прямо сейчас и даже оставить свои вещи, лишь бы не видеть Фаину больше. Он забежал в кабинет, схватил манекен и голубое платье.
Хлопнула входная дверь. Фаина подползла к окну. Марк торопливо уходил в темноту. Он забросил на одно плечо манекен, а на другое – платье. Женщина закрыла рот руками, и впервые в жизни ей захотелось умереть.
Марк вернулся в свою квартиру под крышей оперного театра. Поставил манекен в центре комнаты и тут же принялся за голубое платье. Он подумал о прекрасной швейной машине, которая осталось в кабинете умершего Загонникова, и о чудном наборе игл и ниток. Нет, возвращаться не будет, все это можно купить. Без Фаины дышалось легко. «Надо было раньше уйти, зачем терпел ее пьяные истерики?» Перед глазами возник образ прекрасной Вилоры. Как она волновалась, как мило краснела во время ужина. Марк испытал приятное чувство новизны и предвкушения. Сейчас мужчина больше всего на свете хотел Вилору. Нет, не так. Вилору в голубом платье.