Рома ушел в спальню и оттуда крикнул:
– Тебе про это известно!
Эмма не сразу отправилась в спальню. Долго сидела на подоконнике и неслышно плакала. Вскоре квартира наполнилась двумя видами храпа: громко-пьяным и спокойно-удовлетворенным. Я рассматривал лицо девушки. Появились новые морщинки вокруг глаз, а кожа под электрическим светом отдавала желтизной. И все равно она была удивительно красивой. Что же она делает рядом с этим ублюдком?
*** *** ***
Вика не любит Новый год. Этого праздника она боится до дрожи, и всегда с трудом переносит праздничную суету. Но никому об этом не рассказывает, поэтому ежегодно в ее доме украшается елка и накрывается стол. Дети бегают возле телевизора под новогодние песни, родственники и друзья в красных колпаках заваливаются в дом с огромными пакетами подарков и шампанским. Никто не догадывается, что Вика часто уходит от гостей в ванную комнату, включает воду, тщательно моет руки и жалобно скулит. Потом ополаскивает лицо холодной водой и с улыбкой возвращается обратно. Дело в том, что каждый Новый год напоминает ей о беде, которая случилась много лет назад.
Вике тогда едва исполнилось одиннадцать лет. Ее семья пела праздничные песни, сидя возле пушистой елки. Мама незаметно выбежала из дома, чтобы поздравить соседей, которые жили через дорогу. Вскоре девочка услышала глухой удар и ошалелый мужской крик: «О, Боже! Боже мой!». Семья в ужасе выскочила на улицу. Женщина лежала на обочине, словно сломанная кукла, а вокруг нее по снегу растекалась кровавая лужа. Праздник закончился для всех соседей, которые тут же прибежали к Викиному дому. Когда скорая помощь забрала тело, а утомленные соседи разошлись по домам, Вика засЫпала пятно снегом. Неожиданно стало легче. Потом она долго мыла руки, а, войдя в комнату, ужаснулась. Девочка раньше не замечала толстый слой пыли на полках и подоконнике. До утра Вика убиралась в доме, складывала вещи в шкафах. И только утром, обессиленная, упала в кровать.
Викин отец не замечал изменений в дочери. До этого ли было? Все обязанности жены пришлось взвалить на свои плечи. А девочке каждый день становилась все хуже. Ей все время чудилась грязь на руках. Посуду перемывала по несколько раз, иначе не могла есть из тарелок. Разбросанные одежда и вещи доводили до слез. Старшие братья не обращали на это внимание, полагая, что она никак не может отойти от смерти матери. Но однажды Вика отказалась выходить из дома. Ее уговаривали, ругались, угрожали, но девочка с безумным взглядом кричала, что сразу заболеет и умрет. Когда мальчики отправились в школу, Вика побежала в ванную и тщательно помыла руки. Сначала каждый палец по отдельности, потом поскребла под ногтями, а в конце всю руку до локтя. Успокоилась.
Следующие пять лет превратились в калейдоскоп перемещений: дом, больница, санаторий, дом. Но к совершеннолетию Вика смогла выкарабкаться из-под тяжелого бремени навязчивых мыслей. Появилось желание жить, мечтать, любить. Девушка окончила институт, вышла замуж, родила детей. Викин средний сын родился инвалидом. С ним женщина прошла все круги ада, но крепко устояла на ногах. Уже много лет не принимала таблетки, и родственники позабыли про ее детские неврозы. А потом в семье появилась шестимесячная девочка из приюта. Красивая и здоровая малышка. Жизнь заиграла новыми красками. Вика – молодая здоровая женщина с чудесными детьми и заботливым мужем. Второй сын хоть и не выздоровел до конца, но рос умным и послушным мальчиком.
Однажды у Вики появилось тревожное чувство. Надвигалось что-то страшное. Но что, она не знала. Она металась из комнаты в комнату, уговаривая себя, что нет повода для беспокойства, что по-прежнему все хорошо. Это не помогало, поэтому женщина отправилась мыть руки. Мыла и мыла, рыдая навзрыд. Болезнь вернулась, а самое гадкое, что она скрывала это от семьи. Вика довела себя да такого состояния, что выпрыгнуть в окно оказалось самым простым способом покончить со всем этим. Муж успел тогда. Буквально одна секунда отделяла Вику от смерти. Вновь больница.
– Вика, почему вы сделали это? – спросил во время беседы психиатр.
Женщина пожала плечами и протянула врачу свой дневник:
– Я подумала, что пришла к завершающей точке, что больше ничего в моей жизни не случится.
Доктор внимательно посмотрел на пациентку, а потом прочитал следующе:
«Меланхолический блюз моей жизни.
Я забежала в комнату и плотно закрыла дверь. Крепко ухватилась за ручку, как бы боясь, что извне проникнет шум. Вынула из кармана наушники и вставила их в уши. Первые ноты, словно благодатная жидкость для жаждущего алкоголика. О, старина Меркьюри, ты знал, как нужно петь.