– Что значит «готов»? – удивилась Эмма.
Рустам ткнул друга в бок, а девушку взял за локоть и мягко толкнул в комнату:
– Он имеет ввиду, что директор твой неплохо приложился.
Кабинет представлял собой обычную спальню с аккуратно заправленной постелью и шкафом во всю стену. Возле окна стоял комод, на котором пылились ваза с розами и разные побрякушки. Эмма обошла Рустама и хотела выйти из комнаты, но проход закрыл Гога. Он закрыл дверь и остался стоять в проеме. Девушка немного отступила и требовательно сказала:
– Обсуждать вопросы мы будем в настоящем кабинете при дневном свете в присутствии моей команды. Я возмущена, что вы напоили моих друзей коктейлем из запрещенных препаратов. Я в такие игры не играю. Это не профессионально. До встречи!
Но Гога даже не сдвинулся с места. Эмма медленно двигалась спиной назад, пока не уперлась в комод. Кусочки картинки соединились: представители золотой молодежи решили развлечься. Им наскучили доступные проститутки, нужен был экшн и острые эмоции. Девушка попала в ловушку.
– Ах, вы ублюдки! Для вас не существует правил? Привыкли оставаться безнаказанными? – крикнула Эмма приближающемуся к ней Рустаму, но парень не обратил внимание на ее слова. – Убери эту ухмылку со своей рожи.
Рустам подошел так близко, что девушка почувствовала густой и насыщенный запах алкоголя. Парень медленно расстегнул ремень на джинсах. Его мышцы на груди вздулись и напряглись, а глаза затуманились животной жаждой. Эмма втиснулась в комод и локтем дотронулась до холодной поверхности. Она обернулась, схватила вазу и опустила ее на голову Рустама.
– Твою мать, сука, что ты… – взревел парень, выплевывая воду. От резкой боли он наклонился вперед, что было удачно для девушки. Когда подбежал Гога, Эмма пихнула друга на него. Оба не удержались и упали на пол. У нее было несколько мгновений, чтобы выбежать из комнаты. Голова туго соображала. Идти вниз? Там обдолбанная «ямайкина» компашка. Что у них на уме? На Толика и Криса вряд ли можно положиться, и где они вообще? Одно Эмма понимала точно, что попала в опасную ситуацию: брутальный Рустам вряд ли простит ей это унижение.
Девушка открыла соседнюю дверь и зашла внутрь. Свет от уличных фонарей слабо освещал пространство, но этот фиолетовый пиджак невозможно было не заметить. На кровати, свесив голову, спал Толик и шумно храпел. Эмма облегченно вздохнула – по крайней мере живой. Девушка заползла под кровать. В коридоре громыхал проклятиями Рустам. Она с грустью подумала о телефоне, который остался в пальто. Ей так хотелось оказаться рядом с Кристианом. С другой стороны, чтобы этот субтильный парень сделал с этими татуированными шкафами? А ведь группа «Ямайка» так популярна у молодежи. Их последняя песня о свободе от системы, о личном выборе, а не о стадной психологии. И композиция неплохая, а вот они какие, кумиры нынешнего поколения!
Около пяти минут слышались тяжелые шаги, девушка даже собиралась вылезти и обыскать карманы Толика в надежде найти телефон, но дверь отворилась и звонко стукнулась об косяк. В дорожке электрического света из коридора Эмма увидела салатовые кроссовки на толстой подошве. Потом кроссовки отступили назад, появились колени и лицо Рустами с порезами и размазанной кровью. Он улыбнулся и стал похож на маньяка, который носит костюм клоуна.
– Моя девочка спряталась под кроватью? Наверное, чувствует себя виноватой? Ты знаешь сколько стоит моя голова? Моя, мать ее, талантливая голова, которая пишет лучшие песни в этой стране. Я чертов гений, а ты выскочка-пятиминутка. Ты очень разозлила дядю Рустама, поэтому я тебя сейчас накажу. Выползай, сучка! Не хочешь?
Эмма закрыла глаза и приготовилась к худшему. Она услышала, как что-то грузное упало на пол. Это Толик. Он глухо застонал, а через несколько мгновений вновь захрапел. Рустам дал знак рукою Гоге, и они с легкостью подняли кровать вверх и переставили немного поодаль. Девушка подняла голову и поняла, что сейчас выбраться нет шансов. Больше эти чудовища не допустят такой ошибки. Рустам дернул Эмму за руку вверх и бросил на кровать. Она больно ударилась о деревянную спинку. Гога стоял возле двери с наглой ухмылкой, а Рустам не торопился приступать к задуманному: наслаждался своей силой и властью, щекотал нервы жертвы и упивался страхом. Эмма лежала на спине и смотрела в потолок, окруженная тяжелым дыханием мужчин. И вдруг появилось воспоминание такое четкое и ясное.
Шестилетняя Эмма сидит за пианино и учит пьесу. Рядом на табуретке примостилась бабушка и каждый раз легко касается запястья внучки, когда она ошибается нотой. Резкий звонок в дверь прервал урок. Бабушка подошла к двери и посмотрела в глазок. Нервно потопталась в коридоре, видимо, решая открывать или нет. Но непрошенный гость продолжал звонить. Ксения Сергеевна распахнула дверь. Вошла молодая женщина с опухшим лицом. За ней мужчина с неаккуратной бородой и разбитым носом. Ксения Сергеевна вернулась к внучке и строго сказала: