– Не выходи из гостиной.
А сама повела гостей на кухню. Сначала там шла тихая беседа, но со временем начались спор и ругань. Дверь гостиной отворилась и вошел мужчина. Он присел на одно колено, достал из кармана камень и протянул Эмме:
– Подойди. Думаешь, обычный камешек? Он в форме сердечка.
Девочка медленно подошла и радостно улыбнулась. Правда, похож на сердечко. Мужчина засунул руку под майку Эммы и погладил ее по спине. Неприятное шершавое прикосновение. Девочка вздрогнула и отступила назад, вопросительно взглянув на мужчину. Он поднялся и хотел было подойти к ней, но девочка бросилась на диван. Мужчина одним прыжком преодолел комнату и осторожно дотронулся до ноги Эммы, которая от ужаса застыла и онемела. И вдруг громкое рычание дикого животного наполнило комнату. Мужчина испуганно присел, и девочка увидела бабушку в дверном проеме. Она была похожа на зверя, готового разодрать врага на части. Волосы растрепались, глаза расширились от гнева, а ногти будто стали длиннее. Молодая женщина схватила спутника за воротник и вытащила из квартиры. Вовремя. Еще мгновение, и Ксения Сергеевна разорвала бы его на части.
– У тебя все хорошо? – подбежала бабушка и сжала внучку в объятиях. Она сразу стала мягкой и доброй, обычной бабулей.
– Почему ты так кричала? – удивленно спросила Эмма, которая так и не поняла смысла всей этой ситуации.
– Так кричит человек, который защищает самое дорогое, что у него есть, – непонятно для шестилетки ответила Ксения Сергеевна.
Через несколько лет Эмма познакомилась с той молодой женщиной. Это была ее мать.
И вот сейчас, лежа на кровати в незнакомом доме рядом с обезумевшими от алкоголя и наркотиков мужчинами, Эмма поняла, что ее жизнь является главной ценностью. Она слышала, как переговариваются и обмениваются скабрезными шутками ее враги, но ее телом уже овладела уверенность. Она представила себя огромным деревом, просто гигантским, верхушка которого пропадает в облаках. Корни этого дерева глубоко проникают вглубь, чтобы питаться земными соками. А в кроне живут многочисленные животные и птицы. Оно дает жизнь, оно дает тень изнывающим от жары, оно дает сочные плоды каждый год в одно и тоже время. Нельзя просто срубить это дерево. «Я женщина. Я сильная. Никто не посмеет вытирать об меня ноги. Никто не обидит меня. Нельзя просто срубить дерево».
Эмма села на кровати и открыла рот. Вырвался невероятно мощный звук. Разъяренная львица, отчаянный крик о помощи и отстаивание своих прав – все смешалось в этом реве. Толик мгновенно вскочил на ноги и ошарашенно осмотрел комнату. У Рустама от изумления отвисла челюсть. Он растерялся.
– Заткнись! – пытался он перекричать, но это было невозможно. Девушка орала без остановки. Ее лицо покраснело, вены вздулись, кулаки прижались в груди.
Вскоре в комнату сбежались люди. Только увидев большое количество гостей, Эмма замолчала. Она спрыгнула с кровати и схватила Толика под руку. Он все еще плохо держался на ногах, но они смогли спуститься по лестнице на первый этаж. Кристиана нашли на диване. Он словно котенок свернулся калачиком. Девушка приперла Толика к стене, с трудом подняла Криса. Он слабо соображал и невнятно мычал.
Гости наблюдали забавную картину. Хрупкая девушка пытается вывести наружу пьяных мужчин, которые то и дело падают на пол, еще и верхнюю одежду на них напяливает. Но Эмме было плевать на хихиканье, лишь бы поскорее уйти из этого дома. Толик на улице немного пришел в себя и сам дошел до машины, а вот Криса пришлось тащить на себе. Но вот мужчины погружены за заднее сиденье. Девушка вздохнула с облегчением, думая, что опасность уже миновала, но увидела приближающегося Рустама. Он злобно посмотрел на Эмму и прямо в лицо ткнул ей указательный палец:
– Если ты, или твои дружки хоть слово вякнут, пожалеешь об этом.
Девушка бросила на именинника взгляд, полный ненависти, и вскочила в машину. Через несколько минут она уже ехала по шоссе.
Творческая работа была приостановлена на неделю. Эмма выхаживала Кристиана и Толика, которые отравились запрещенными препаратами. Вика с Ильюшей сидели на полу возле дивана, где возлежал директор, и выполняли все его прихоти. Почему он не лечился у себя дома? Сказал, что сестра терпеть не может людей с похмельем. Эмма, кстати, сомневалась, есть ли там вообще какая-то сестра, иначе почему они до сих пор не знакомы.