Вилора надменно хмыкнула:
– Мы знакомы. Здравствуй и до свидания, Ева.
В ту ночь Марк так и не лег спать. Неожиданная встреча вызвала такую волну чувств, с которой сложно было справиться. В таких случаях мужчина шил. Черное бархатное платье рождалось на свет. Ева вновь стала вдохновением. Манекен был выдвинут из угла в самый центр кабинета. Руки порхали над бумагой, рисуя эскиз. Марк оказался на темной улице, по обе стороны которой выстроились деревянные дома с пустыми глазницами окон. Покосившееся заборы стонали, а вековые клены яростно разбрасывали листву. Манекен, словно дозорный, склонился над Марком. Холодно и одиноко. Стол и блокнот покрылся пылью, которую принес остервенелый ветер. Нужно рисовать, это платье для Евы, нельзя останавливаться. Тревожная и зловещая ночь стала густой, как мед, проникая в сознание мужчины.
На рассвете Марк беззвучно, чтобы не разбудить жену, вышел из дома. Он возвращался в квартиру под крышей оперного театра.
Ева осторожно открыла дверь. Марк вскочил с кровати и бросился к женщине, схватил ее холодные руки и приложил к своему лицу. Пахнут сладкими духами. Женщина вырвала руки, сложила на груди и беспокойно оглянулась:
– Эта была плохая идея. Мне не нужно было приходить. Столько лет прошло, все забыто и пережито.
– Нет, не забыто, – повысил голос Марк. – Я думал, что умер. Все эти годы были связаны с болью и страданием. А ты пробудила меня к жизни. Знаешь, я сегодня шел по улице и буквально чувствовал, как дышат мои легкие и кровь пульсирует по венам. Звуки стали громче, а запахи сильнее. Это невероятно!
Ева побледнела и испуганно выкатила глаза:
– Нет-нет! Ты возлагаешь на меня огромную ответственность за свою жизнь. Это несправедливо. Я закончила эту историю, когда стояла под твоими окнами, когда стучала в дверь, а ты не открывал. Просто взял и исчез из моей жизни. Я была еще ребенком и не знала, что делать с этой любовью. Ты разорвал меня на куски. Много лет я восстанавливалась. Мой муж, которого я не любила, терпеливо ждал, и теперь я оскорбляю его уже тем, что стою на этом месте. Что же я делаю?
– Ты же знаешь, что случилось. Твоя мать умоляла отказаться от тебя ради твоего счастливого будущего…. – запротестовал мужчина.
– Но ты не боролся, – перебила Ева. – Я готова была отвергнуть свою семью ради тебя. Готова была сбежать из дома, лишь бы быть вместе. Не знаю, зачем я пришла. Возможно, из-за недосказанности. Но теперь все стало на свои места. Все закончилось. Прощай.
Ева собиралась уходить, но Марк заслонил дверной проем и заорал:
– Нет, не прощай! Подожди немного! Еще одна встреча, только одна! Просто поговорим.
Женщина холодно оттолкнула мужчину и вышла в коридор. Она сбежала по лестнице и только на улице позволила себе зарычать, закрыв рот руками. Хотелось вернуться обратно и броситься к Марку в объятия. Конечно, чувства обострились, будто и не было этих лет разлуки. Ничего не закончилось, но обида преобладала над всем. На этом месте стояла она восемь лет назад, надеясь, что Марк выглянет из окна. Плакала, думая, что с ним что-то случилось, что он разлюбил. Три самых страшных дня в ее жизни. А потом она, разбитая, вернулась к матери и на ее груди зализывала раны. И сейчас Ева приняла правильное решение и, не оглядываясь, пошла по тротуару домой, к мужу и детям.
Марк видел, как она уходит. Он забарабанил по стеклу и заголосил:
– Потерял второй раз? Идиот. Нет, не в этот раз. Я сошью великолепное платье, чтобы показать, как она важна для меня. Она поверит и вернется. Да, так будет!
Мужчина долго сидел над эскизами, решая, как улучшить платье, которое он напридумал. Но без манекена и швейных принадлежностей дело не идет. Марк отправился домой.
Вилора услышала шум в кабинете. Настойчивый свет пробирался сквозь плотные шторы в спальню. На будильнике – 5:13. Женщина тяжело вздохнула и встала с кровати. Она не сильно удивилась, что муж не пришел ночевать. Такое случалось. За столько лет в браке привыкла к его выходкам и странностям. За это все его ценят и восхищаются. Смелые решения в дизайне, новые открытия в мире моды. Только оказалось, что с гением жить непросто. На дне рождения сестры подошла очередная почитательница таланта мужа. На блондинке была атласная блузка цвета топленого молока, дизайн которой придумал Марк. Женщина трогала тонкими пальцами малюсенькие пуговички на манжетах и восхищенно шептала:
– Какое счастье жить с таким талантливым человеком, видеть весь процесс создания одежды.
– Ну, собственно, одежда шьется в мастерских, а я могу лишь видеть эскизы, черновики и наброски, – уточнила Вилора.
– Господи, это же самое интересное, это же истоки. У меня есть платье, которое Марк по индивидуальному заказу шил мне в прошлом году. И не поверите, я иногда захожу в гардеробную комнату и прикасаюсь к ткани, и чувствую тепло. Оно дорого обошлось мне, но я не жалею. Одна мысль, что у меня есть платье от Марка Шустермана делает меня счастливой.