Соня послушно подошла к брату и села на краешек кресла. Толик с нежностью погладил рыжее облачко и крепко сжал ладошку с аккуратными квадратными ногтями.
– Скорее всего, Эмма испугается, увидев тебя, – Толик говорил и заглядывал сестре в глаза. – На ее лице ты прочитаешь разные эмоции. Ну, человек не может же контролировать первую реакцию. Потом она возьмет себя в руки, но жалость и сострадание так и будет теплиться в ее огромных глазах. Но когда она близко познакомиться с тобой, узнает, какая ты интересная, развитая и забавная, то перестанет замечать твои шрамы. А когда ты представляешь, как это будет происходить, стоит ли бояться? Зато перед тобой откроется новая дверь в интересный мир. Ведь там еще будет Вика и ее дети, Кристиан. А дальше, кто знает? Может, работа в нашей веселой команде?
Девушка неуверенно пожала плечами, но ей сильно захотелось открыть новую дверь.
– Как же теперь Эмма? – тревожна спросила Соня.
Мужчина страдальчески взвыл:
– А Эмма будет страдать!
Толик был прав – Эмма страдала. Спала ночью с включенным светом и боялась подходить к окну. Перед глазами вновь и вновь всплывала картина – Мария лежит на спине, стеклянными глазами смотрит в потолок, а вокруг брызги крови. Кристиан звонил и писал сообщения, стоял часами возле входной двери, надеясь на встречу, но девушка взяла перерыв в работе на две недели. И в отношениях тоже. Она понимала, что есть договоренности, интервью и съемки и не собиралась подводить команду. Ей просто нужно было время, чтобы успокоиться. Роман находился под следствием. Он полностью признал свою вину, так что к Эмме не было никаких вопросов. Вот таким страшным способом жизнь наконец развела этих людей.
Эмма стояла напротив холодильника и смотрела на пустые полки. Впервые за несколько дней захотелось есть, а еды не оказалось. Девушка решила заказать доставку на дом, но телефонный звонок опередил ее действия. Незнакомый номер. «Неужели опять Крис? Сколько можно звонить с чужих телефонов. Он реально думает, что я могу выйти в окно», – разозлилась Эмма.
Однако это был не Кристиан, а Ильюша.
– Тетя Эмма, это Илья. Я хочу пригласить вас в гости.
– Малыш, спасибо, но мне лучше остаться дома, – Эмма почувствовала, как тепло разливается по телу. Но мальчик странно засопел в трубку и шепнул:
– Мама, моет полы каждый день и бросается в нас мягкими игрушками.
Тревога неприятно поскребла Эмму внутри живота, и собственные проблемы сразу отошли на второй план.
– Скоро буду, – решительно ответила девушка.
Эмма вошла в Викину квартиру. Дверь была открыта, наверное, Илья постарался. В коридорчике разбросана детская обувь вперемежку с песком и разноцветными лопатками и формочками. На коврике слой кошачьей шерсти. Как-то совсем не похоже, что Вика моет полы каждый день. Насыщенный запах корицы пощекотал нос. Эмма пошла на кухню. Десятилетний Лешка весь в муке и каких-то белых разводах, видимо в тесте, сидел напротив духовки и внимательно наблюдал за процессом изготовления вкусного шедевра. На кухне творился хаос: шкафчики были открыты, десятки баночек, упаковок и всякой другой утвари покрывали все поверхности. Возле холодильника разбитые яйца, под столом разлитое молоко.
– Привет, Эмма, – Леша заметил гостью, и улыбка расползлась по счастливой веснушчатой мордашке. – Я пирог готовлю. Будете пить чай с нами?
Эмма кивнула в ответ и покинула кухню. В ближайшей комнате Ильюша с младшей сестрой смотрели мультфильм. Телевизор разрывался от громкого рева. Горы игрушек, незаправленные кровати, грязная одежда – о какой это уборке говорил мальчик? Дети даже не заметили Эмму. Но настоящий сюрприз ждал девушку в другой комнате. Вика, распластавшись, лежала на широкой кровати. Пьяная? Мертвая? Таблетки? Наркотики? Сошла с ума? Мысли искали какую-то логику между увиденным беспорядком и Викой, спящей (или не спящей) среди белого дня. Эмма дотронулась до ноги женщины. Вика тут же встрепенулась, села и громко закричала:
– Беги в туалет скорей, только не сри в штаны!
– Господи, ты и вправду свихнулась, – горестно выдохнула девушка.