Соня прошлась по комнате и неуверенно спросила:
– Использовать женское обаяние?
– Зайчик, как ты себе это представляешь? – рассмеялась Эмма и добавила. – Буду пользоваться смекалкой. Как же организовать встречу?
Соня обрадовалась:
– Я знаю! «Цитрон» постоянно приглашает артистов для рекламы своих магазинов. Пусть Толик предложит сотрудничество с тобой. Конечно, с артистом работает отдел рекламы, но, может, как-то получиться напроситься на личную встречу с директором?
Эмма задумалась:
– Нужно попробовать. Теперь нужно договориться с Толиком. Сдается мне, он будет сопротивляться.
– Ты осознаешь, как рискуешь? А вдруг Смирнов прямиком в полицию?
Соня взяла Эмму за руку и вопросительно заглянула в глаза. Эмма обняла девушку за плечи и возразила:
– Со мной все будет хорошо.
*** *** ****
Толик ворчал на протяжении всего пути к главному офису «Цитрон». Эмма не пустила мужчину за руль, таким он был взволнованным. И вот, поднимаясь в лифте на пятый этаж к кабинету Смирнова, Толик делал последнюю попытку отговорить Эмму:
– Ты рискуешь всем: свободой, карьерой, успехом. И ради чего – очистить совесть? Зачем? Скажи слово – и от манекена и пылинки не останется.
– Мне трудно объяснить. Я знаю, что должна делать, – ответила девушка и выскочила из лифта. Толик с хмурым лицом засеменил следом.
Валентин Эдуардович вышел из-за стола, приветствуя гостей в своем кабинете.
– Приятно познакомиться. Но я не понимаю необходимости в личной встрече. Отдел рекламы занимается встречами с артистами.
Эмма многозначительно посмотрела на Толика, который негодующе сжал губы и вышел в коридор. Валентин Эдуардович удивленно наблюдал, как девушка уселась в уютное кожаное кресло и закинула ногу на ногу.
– В вашем кабинете предусмотрена запись разговоров?
Директор слегка побледнел:
– Нет. К чему эти вопросы?
– Потому что меня не интересует реклама. У меня к вам личное дело.
– Попрошу вас покинут кабинет, – лицо Валентина Эдуардовича начало постепенно наливаться гневом.
– Не раньше, чем вы выслушаете меня, – Эмма оставалась непреклонной, однако с трудом сдерживала дрожь в ногах.
Директор, удивленный такой настойчивостью, уступил. Он сел в кресло напротив и с любопытством заглянул девушке в глаза.
– У меня есть вещь, которая принадлежит вашему отцу. Мне хотелось вернуть ее владельцу.
– Тогда вы знаете, что мой отец бесследно исчез много лет назад, – хладнокровно ответил мужчина. – Если речь идет о каких-то выкройках или эскизах, то предлагаю вам обратиться к моей родственнице, которая руководит фирмой «Марк Шустерман».
Валентин Эдуардович подошел к столу и достал одну из визиток. Хотел было протянуть Эмме, но она сказала:
– Речь идет о манекене.
Мужчина вздернул брови:
– Полагаю тот, который был украден из универмага? Почему бы вам не вернуть его обратно?
– Потому что он может быть интересен владельцу. Валентин, я открыта пред вами. И мне ничего не нужно, кроме как отдать ненужную мне вещь. Наверняка, вам интересно, почему этот манекен находится у меня? Отвечу лично Марку. Не подставляю ли я себя этим разговором? Очень сильно. Но у меня есть предчувствие, что ваш отец жив. Вот мой номер телефона. Позвоните мне.
Эмма оставила визитку на столе и вышла из кабинета, оставив озадаченного директора наедине с растерянностью. Он хмыкнул и залпом выпил стакан воды.
Валентин Эдуардович позвонил через два дня. Коротко и строго сказал: «Завтра в четыре утра за вами и… вещью заедет человек. Без сопровождения». Эмма долго смотрела на экран телефона, пытаясь ответить на вопрос «что это было?». Из ниоткуда вырос Кристиан и подозрительно взглянул на девушку.
– Крис, завтра за мной рано утром заедет человек от Смирнова.
– Я поеду с тобой.
– Сказал, без сопровождения, – возразила Эмма.
Обычно спокойный и уравновешенный Кристиан вспыхнул и заорал:
– Ненормальная что ли? Одна с незнакомым мужиком в неизвестность? Я тебя не пускаю!
– Я не спрашивала разрешения, а поставила в неизвестность, – обиделась девушка. – Если не можешь согласиться с моими решением, отойди в сторону.
– Извини, я переживаю. Это неразумно.
– Я знаю.
Эмма взяла руки парня в свои и нежно поцеловала. Заглянула в черные глаза и провела рукой по блестящим волосам:
– Это так странно, как случайным образом связались две жизни: моя и Марка с помощью этого манекена. Тебе не кажется это удивительным?
– Нет, не кажется, – резко ответил Крис. Впервые Эмма увидела в его глазах столько боли и сожаления. – Если бы не этот мерзавец, манекен до сих пор бы находился в магазине. Я про Романа, который убил твою мать, и которому ты по-прежнему посвящаешь свои песни.