Нет, сразу кусаться и царапаться на начинал, когда к нему кто-нибудь погладить его подходил, но терпел максимум секунд пять, а потом начинал грозно шипеть, подняв предупредительно вверх лапу, и до людей как-то сразу доходило, что от него лучше отстать.
Один раз только помощница режиссёра, Ёсика, решила проигнорировать его предупреждение, и продолжила гладить, и тут же получила по руке когтями, не успев отдёрнуть руку, и красные полосы на её руке ещё долго служили примером для окружающих, как делать не надо.
Тут кот как будто почувствовал, что я думаю о нём, оставил в покое свою уже изрядно подранную игрушку, запрыгнул ко мне на колени, и замурлыкал, поудобнее устроившись на них.
И всё же, что мне ответить на предложение деда? — мучительно размышлял я, поглаживая кота, — Решил ведь уже, вроде, всё, и тут все планы меняются… Можно и отказаться, конечно, вот только не ходить два последних года в школу было весьма заманчиво, да и, что скрывать, очень уж мне понравились те эмоции, которые я ощутил, победив в турнире, и был весьма не против их повторить…
Впрочем, потом об этом подумаю, — решил я, поняв, что всё равно сейчас ничего не решу. Время до конца недели у меня есть, вот там и видно будет. А пока нужно проверить кое-что, что следовало сделать ещё неделю назад.
— Интересно… — пробормотал я самому себе, пялясь в экран ноутбука. И как это всё понимать? Оказывается, в этом мире существовали в своё время и Лермонтов, и Есенин, и Толстой, и наше всё — Пушкин. Я нашёл всех, кого смог вспомнить из классики. Даже зарубежную проверил, обнаружив Шекспира, Дюма, Вальтера Скотта, Джека Лондона, Ремарка… И написали они тут ровно те же произведения, что и в моём мире, ну, по крайней мере те, которые я помнил. За всё творчество сказать не возьмусь.
И как же я это всё упустил? — раздумывал я, почёсывая подбородок, — Почему не проверил? Зациклился на своей манге, и блокбастерах кино, глубже копать не стал, вот и результат… С другой стороны, а что, собственно, это для меня меняет? Я один хрен не собирался плагиатить классиков. Не смог бы, даже если бы захотел, да и денег бы мне это не принесло. Уверен, что сейчас с их творчеством я не смог бы добиться успеха. Всему своё время… То, что было популярно тогда, сейчас очень вряд ли смогло бы выстрелить.
Для меня главным было то, что вся манга, которую я смог вспомнить, тут отсутствовала, что я перепроверил ещё раз. Популярных фильмов и песен моего времени тут тоже не было.
Для чистоты эксперимента не мешало бы ещё проверить японских классиков литературы, но я, к своему стыду, не знал ни одного. Как и не знал фильмов, которые были популярны во времена молодости моих родителей, увы!
Было у меня подозрение, что до какого-то времени этот и мой мир были полностью идентичны, или даже вообще одним целым, но в какой-то момент пошли разными путями, или же появилась копия одной из вселенных, альтернативная реальность, так сказать, в которой мировое творчество и искусство пошло другим путём. Может, и ещё чем-то стало отличаться, но я не историк, и понять, есть ли ещё какие-то различия, был не в состоянии. Ключевые моменты истории были абсолютно одинаковыми, а вот более детально сравнить исторические события я уже не мог.
Одно было ясно точно — различия появились уже после того, как в моём мире был придуман Чебурашка, а это уже существенно сужало временной интервал. Естественно, я не помнил, в каком году появился Чебурашка в моём мире, но справедливо предположил, что дата выхода книги в этом мире должна совпадать с датой моего мира, а тут она вышла в 1966 году, соответственно, что было написано раньше в моём и этом мире должно было совпадать.
А вот как ещё более точно выяснить год начала расхождений, я придумать не сумел… Те книги, которые я читал в своём детстве, вышли в начале двухтысячных годов, и помочь мне не могли, а какая ещё литература выходила в семидесятые — восьмидесятые годы двадцатого года, я понятия не имел. Нет, были ещё книги, которые мне читала мама из своего детства, такие как, Незнайка, Буратино, Волшебник изумрудного города, но написаны они оказались ещё раньше, чем Чебурашка.
После мучительных попыток вспомнить что-нибудь ещё из того, что я любил читать или смотреть в детстве, мне вдруг пришло на ум Простоквашино, и вот его уже тут не оказалось! Вот только я понятия не имел, когда была написана книга… Знал только, что ещё до распада СССР, а значит, диапазон дат сузился до 1966–1991 годов. И что мне это даёт? Да в сущности, ничего полезного. Как я дальше не бился над интернетом, пытаясь понять, что же случилось такого, из-за чего наши миры разошлись, выяснить я ничего не смог.