Вот и Мидори не стала исключением, и сидела сейчас передо мной в белоснежной блузке, короткой юбке в клеточку, и белых гольфах, придававшие её образу невинности и чистоты.
— Я устала от пафосных ресторанов и тупых напыщенных разговоров с ничего не представляющими из себя наследничков корпораций, так что решила посидеть там, где мне понравилось, и где точно не окажется ни одного из тех придурков, — довольно откровенно вдруг призналась она, отодвигая в сторону меню, — К тому же, в прошлый раз мы попробовали далеко не всё из того, что тут есть. Я хочу, чтобы ты удивил меня. Закажи чего-нибудь на свой вкус.
— Удивить, говоришь? — задумчиво проговорил я, заглядывая в меню, — Да легко! — с трудом сдержал я коварную ухмылку и заказал подошедшей официантке холодец, окрошку на квасе и сам квас.
— Вы уверены? — осторожно уточнила она, с удивлением глядя на меня, — Обычно японцам не очень нравятся эти блюда, а ни вы, ни ваша девушка не похожи на русских, уж простите меня за откровенность. Может, всё же закажите чего-нибудь другого?
— Что она говорит? — тихо спросила у меня недоумевающая Мидори, так как с официанткой я разговаривал на русском.
— Всего лишь спрашивает, не нужно ли чего-то ещё, — успокоил я её, и глянул на официантку, — Всё нормально, я подтверждаю свой заказ.
— Хорошо, как скажете, — с сомнением произнесла официантка, и ушла за заказом.
— Сегодня фоткаться не будешь? — спросил я у Мидори, кивнув на игрушки у стен.
— Не, — беспечно отмахнулась она, — Я же в прошлый раз тут везде сфоткалась. Зачем повторяться? Давай лучше к нашим съёмкам подготовимся. Порепетируем, пока заказ ждём.
— Так мы же сценарий ещё не получили, как нам репетировать? — удивился я.
— Всё очень просто! — с важным видом произнесла она, — Мы же знаем, что, пусть и не сразу, но нас ждут романтические отношения в фильме, и нам нужно быть к этому готовыми. Нельзя, чтобы мы смущались в кадре.
— И что ты предлагаешь? Поцелуи и обнимашки репетировать? — усмехнулся я.
— Не-не-не! — замахала руками Мидори, покраснев, — Это уже перебор. Всё проще. Можно же просто говорить комплименты для начала друг другу. Импровизировать. Вот ты, например, очень стильно смотришься в этом костюме, и причёска твоя тебе очень идёт. И глаза у тебя красивые… Нет, это уже вру. Всё такие же пугающие они, хе-хе, — смущённо отвела она взгляд в сторону, — И… и… И больше пока ничего не придумала, — тяжело вздохнула она.
— Да, немного же ты наимпровизировала, — с сарказмом произнёс я, откинувшись на спинку стула, и ехидно глядя на неё, — Не твоё это, похоже.
— А ты думаешь, это так легко? — надулась она, — Тогда, может, сам попробуешь?
— Да легко, — пожал я плечами, чуть подумал, и проникновенно начал, — Когда я тебя вижу, мне кажется, что ты словно светлый сон, рождённый тихими вечерами в цветущих садах Японии. Ты прекрасна, как весенняя сакура, тихо расцветающая среди утреннего тумана. Твоя улыбка согревает сердце, подобно первому солнечному лучику, пробивающемуся сквозь облака. Я смотрю на тебя и понимаю, что счастье — это видеть твою мягкую походку, слышать твой мелодичный голос и чувствовать тепло твоей души рядом со мной. Ты наполняешь мою жизнь смыслом и светом, делая каждый миг незабываемым и волшебным…
— Всё-всё-всё! Замолчи! — ожесточённо замахала руками, зажмурившись, побагровевшая девушка, — А-а-а! Как же это всё смущает! Как ты можешь такое говорить, да ещё там, где нас могут услышать⁈
— Легко, — пожал я плечами, — Я ж актёр, и привык уже многие вещи на камеру говорить, и тебе надо приучить себя, иначе у тебя не получится нормально сниматься в кино.
— О, Ками! Я так никогда не смогу! — простонала Мидори, и рухнула лицом на стол, и тут перед ней поставили холодец…
— Это чё это? — с подозрением уставилась она на него, взяла палочку, и осторожно потрогала. Холодец заколыхался…
— Это что, жиле? Но почему такое странное? — пробормотала она, внимательно его разглядывая, — И это что, мясо внутри? Как это вообще можно есть? — с ужасом посмотрела она на меня.
— Вот так, — усмехнулся я, отломил кусочек вилкой, макнул его в горчицу, и с наслаждением положил в рот, заев чёрным хлебом. В прошлой жизни, честно говоря, я не был большим любителем этого блюда, и редко его ел, когда мама готовила, но тут на меня накатило что-то вроде ностальгии, так что я действительно попробовал его с удовольствием.
— Странно, тебе явно нравится… — озадаченно пробормотала она, нахмурившись, внимательно следя за моими действиями, — Ладно, попробую…