Безуспешно пытались пройти на реку Обь и служащие «Московской компании» (как стало называть себя общество английских купцов, торговавших с Россией через Архангельск) Пэт и Джекмен. Их плавание летом 1580 г. было неудачным. Попытку пройти на Обь сделали также и голландские купцы. Один из них, Оливер Брюннель, в 1584 г. на небольшом судне, очевидно, рассчитанном на мелководное море, прибыл к южному берегу Новой Земли, к Костину Шару. Голландец хотел через один из новоземельских проливов добраться до Оби, но не смог отыскать прохода. Пришлось отступить на юг, к печорскому берегу, где у опасного для мореплавателей Русского Заворота судно Брюннеля потерпело крушение. В описании этого путешествия, составленном самим Брюннелем, есть сведения о том, что предприимчивый купец, находясь на службе у сольвычегодских купцов Строгановых, по суше перешел на реку Обь. Правда, эти сведения внушают большие сомнения. Ловкий голландский купец, очевидно, слышал от русских, как пройти к Оби, а затем выдал это за свое собственное путешествие туда. В 1594 г., когда поморы уже освоили путь в Мангазею, голландская экспедиция капитана Ная, преодолев Карские Ворота, приблизилась к реке Каре. Это был самый крупный успех западноевропейских морских экспедиций в XVI в. Дальше Ная на восток никто не плавал. Но и такая удача оказалась неполной. Встретившись у Кары с тяжелыми льдами, голландские корабли не прошли их и повернули обратно. В следующем году Най повторил свое плавание. Пройдя Югорский Шар, он достиг острова Местного, но на дальнейшем пути опять встретились льды. В третьей попытке пройти в Сибирь, это случилось уже в 1596 г., погиб выдающийся голландский мореплаватель Виллем Баренц, принимавший участие и в предыдущих голландских экспедициях. Баренц решил достичь Обской губы, обогнув Новую Землю с запада. Зима застала корабль у восточного берега северного острова Новой Земли. Тревожной и тяжелой оказалась зима для голландцев в Ледяной гавани, где от цинги умер Баренц и несколько его матросов. Остальных голландцев спасли русские поморы, промышлявшие моржей неподалеку от голландского лагеря. После неудачи Баренца голландские экспедиции в Арктику почти прекратились. Известны экспедиции 1609–1610 гг., которые возглавлял Гудзон. Успех не сопутствовал и этому мореплавателю. Непреодолимые ледяные препятствия встали на пути иностранных предпринимателей, отправлявшихся в Сибирь.
В «смутное время» и позднее в Москве в Казанском приказе и в Тобольске знали о том, что иностранные корабли не могут пройти в Сибирь по морю. И все же опасность появления их там была одним из предлогов для запрещения Мангазейского морского хода. Понять это Данила Наумов никак не мог.
В 1618 и 1619 гг. о проходе иностранцев в Сибирь заговорили в Казанском приказе вновь в связи с настойчивыми просьбами тобольского воеводы Ивана Куракина, причем Куракину обещали полную свободу действий. Об этом свидетельствовала грамота 1618 г., снимающая запрет на плавание из Поморья в Мангазею. Царь писал в Тобольск: «А во всем мы в том морском Мангазейском ходу положили то дело на тебя, боярина нашего, на князя Ивана Семеновича: и ты бы всякое наше дело делал в Сибири, смотря по тамошнему делу, как бы нашему делу было прибыльнее и порухи некоторые в нашем деле не было». Этим и воспользовался Куракин. Написал он в Москву новую челобитную царю, где снова настаивал на запрещении Мангазейского морского хода и переводе сибирской северной торговли в Тобольск и Березов. Куракин подчеркивал, что торговые люди ездят в сибирские города мимо Тобольска и от этого происходит «умаление» таможенных сборов. Последнее обстоятельство, очевидно, сильно подействовало на начальников Казанского приказа, и поэтому во изменение своего ранее данного указа царь Михаил Федорович в 1619 г. направил Куракину новую наказную память, которую в феврале 1620 г. привез в Тобольск атаман Третьяк Юрлов. В новой своей грамоте царь согласился с доводами тобольского воеводы и окончательно запретил Мангазейский морской ход. Торговым и промышленным людям предлагалось ездить в Сибирь через Урал по рекам Усе, Соби на Березов, а из Березова в Мангазею.