– Ага. Так везёт, что из палаты лечебницы не выбираюсь. Скоро тут вообще жить останусь, – пробормотал еле слышно. Но Георгий услышал.
– Нет, бормотун, не останешься. Давай дальше слушай. По-видимому, ты сильно или испугался, или разозлился. Потому что дальше действовал только магией. И магию использовал со всей своей дури. Кустарника наломал ого-го сколько. И бандитов в лепёшку превратил, по песку тонким слоем размазал. Потом мне покажешь, как. Там вообще ничего непонятно на берегу, каша сплошная из тел, веток, листьев и песка, залитых сверху морской водой. Даже ничего не разобрать было. Ну и на сладкое тебе. Из моря, привлечённые попавшей в воду кровью повылезали разные твари.
– Почему разные? Одна только и была…
– Это ты только одну видел. Ты, похоже, по сторонам не смотрел, когда с бандитами разбирался? Просто взял и шлёпнул по площади. Так? Вот и попали под удар не только они, но и кое-кто из тех, кто вылез из воды на свою голову не вовремя. И по монстру ты бил, не соразмеряя сил.
– Да как их соразмерять? – не выдержал. – Он же меня сожрать хотел!
– Ну не сожрал же. Ладно, спишем это на твою неопытность в магических боях. Тренироваться нужно. Продолжим. Тут и мы подбежали. Уже, правда, поздно было, опоздали немного. Успели только твою безжизненную тушку подхватить и отнести на ферму. С магией у тебя всё нормально, – опередил мой готовый вырваться вопрос. – Сильное магическое истощение. Впрочем, оно у тебя должно начать проходить. Скоро полностью восстановишься. И хочу тебя обрадовать, сил прибавишь. Сколько не знаю, но такие выплески энергии просто так не проходят.
За убитого зверя тебя профессор лично отблагодарит. Оружие-то твоё у меня лежит, заберёшь потом. Теперь по вчерашнему случаю…
Я чуть не помер, а для него это только случай!
Дверь распахнулась, в комнату просто-таки ворвался, сбил с ног восхитительный запах горячего мяса. Сестричка быстро расставила на столе тарелки и, грозно посмотрев на нас обоих, вышла, напоследок громко хмыкнув.
– Что это она? Впрочем, об этом потом. Налетай. А попутно будешь мне рассказывать.
– Не-е, я сначала поем, – перебираясь к столу и вооружаясь ложкой, отбазарился от дальнейших расспросов. Не получилось.
– Ты можешь подробно вспомнить, как он пришёл, что делал? Когда ты перестал магию чувствовать и физические силы полностью потерял?
– Могу. Я всё помню. До дома еле дошёл, сил никаких не было, слабость накатывала. Попробовал сигналку поставить, когда уже дома был, но ещё хуже стало. Потом в бане второй пистолет взял, страшно стало совсем беззащитным оставаться. Не успел выйти, как калитка хлопнула. Насторожило то, что он сразу в дом пошёл и там задержался, как будто искал что-то…
– Тебя и искал. Он же не думал, что ты в бане будешь после лечебницы. А то, что ты там живёшь, ему вообще невдомёк было. Шёл он за тобой, похоже. Повезло тебе, Вячеслав, что он на улице не напал.
– Ну, да. Поиздеваться хотел… А потом вышел из дома и ко мне направился. Только я уже сообразил, что это по мою душу пришли, и успел в кусты сигануть. Спрятался, пистолет достал… А потом на меня навалилось. Руку не поднять, словно давит что-то к земле.
– Это менталист. На разум воздействует таким образом. Помнишь, я тебе про четыре стихии в магии рассказывал? Так вот, есть ещё и пятая, это магия разума. И такие маги у нас только в одном роду есть. Встречаются, правда, и ещё кое-где, но это такая редкость…
– Не знаю, стоит или нет говорить, но мне показалось, что я узнал его. Какие-то далёкие воспоминания, детские совсем, на уровне чувств, образов. И что-то очень страшное с ним связано было, потому и вспомнил его… по голосу, по интонациям…
– Интересно. Так, Вячеслав, сегодня отдыхай, а завтра… Впрочем, там тебя уже вроде бы собираются выписывать? Так, завтра без меня никуда. Из лечебницы ни ногой! Обязательно дождитесь вдвоём с Алексеем. Может, маг не один такой был. А у тебя ничего против такого воздействия нет. Второй раз может и не повезти. И повтори-ка мне напоследок, что он там говорил про тебя и твоё везение?
Всё, наконец-то я могу спокойно доесть. Тьфу ты, остыло. С каких это пор я таким привередливым стал?
Дверь опять распахнулась. Да что это такое! Теперь участковый заявился. Что, снова меня по мордасам лупцевать будешь? Доскребаю содержимое тарелки, догрызаю оставшийся хлеб, краем глаза кошусь на усаживающегося на стул Митрича. Кто его знает, что-то доверия он у меня уже не вызывает в последнее время. А таким добрым показался в самом начале знакомства.