– Кто ещё остался? Говори, а то выстрелю! – подскакиваю к первому скорчившемуся бандиту и с маху пинаю его куда-то в живот. Куда попал, короче. И сразу же отбрасываю ногой в сторону ещё один такой же автомат, подальше от греха. Не стал его поднимать, побоялся наклоняться.
– Никого больше нет. Тимоха там лежит в кустах, и всё!
– Почему на нас напали? Кто приказал?
– А-а, ничего не скажу! Убьют меня, запытают!
– Это когда ещё будет, а я вот он, рядом, – выдёргиваю второй магазин, от кармана остаются лохмотья, перезаряжаю демонстративно, и прицеливаюсь в лоб раненому. – Прощай, сволочь!
– Нет, нет, не надо! Я всё скажу!
И захлёбывается кровью от прилетевшей со стороны поляны очереди. По ногам словно бревном ударили. Падаю навзничь, взмахнув руками, пистолет улетает куда-то в кусты. Сильная боль в перебитых коленях окрасила день в ночь, в голове молотками стучит сердце в такт пульсирующей боли. Или наоборот.
– Правильно предки говорили: хочешь дело хорошо сделать, так делай его сам!
Чей-то голос пробился через боль, слился со скрежетом зубов, залитые слезами глаза кое-как различили расплывающийся силуэт.
– Что, больно? Ты потерпи немножко, скоро тебе совсем хорошо будет, спокойно…
Остановился рядом, наступил на раздробленную пулями ногу, нажал. От страшной боли я заорал и вырубился.
– Разочаровал ты меня. Слабый у государя наследник вырос, боли испугался. Ты зачем в столицу вернулся, помоешник? – очнулся я от резких пощёчин. – Сидел бы тихо на своём острове, глядишь, и жив бы остался.
– Ты кто? – выдохнул с хрипом слепящую боль, мотнул головой, пытаясь сбросить скопившуюся в глазах влагу.
– Какая тебе теперь разница? Впрочем, напоследок открою секрет, цени, – и ещё раз наступил мне на ногу.
Водоворот боли затягивал вглубь, в бездонную воронку непроглядной спасительной тьмы. Но нырнуть глубже мне не дали, потянули наверх, вытащили, очнулся, захлёбываясь от льющейся сверху воды.
– Экий ты дохлый! Почти всю воду на тебя извёл, сапоги нечем будет от крови отмыть. Мать твоя такая же была, чуть прижмёшь её, так она сразу в обморок. И душу не дала отвести, пришлось прикончить быстро. А тебя спрятали, успели. Увезли далеко, но я нашёл, нашёл! Случайно, но победителей не судят, правда? Как там тебя, Вячеслав? Имя-то какое тебе подобрали… Слава? Будет тебе сейчас слава…
– Так и не сказал, кто ты, – потянулся к молнии, попытался пошевелить рукой и не смог.
– Что, не получается магией воспользоваться? Бе-едненький. Хотя, надо отдать тебе должное, смог от троих бандитов отбиться. И на архипелаге себя показал… Может, и получился бы из тебя толк… в другое время и в другом месте. Магию можешь не трогать, нет у тебя энергии, не тужься. А на твой вопрос я отвечу, позже, когда ты меня начнёшь умолять, чтобы я тебя прикончил. Приступим?
– Погоди. А зачем тебе это нужно? Власть мне не нужна, я бы от неё и так отказался.
– Да ты совсем убогий? Кто же от ТАКОЙ власти отказывается? Когда владеешь всем и всеми, когда остальные люди просто пыль под ногами… – Вскинутые в запале руки замерли, говорящий словно поперхнулся словами, схватился за грудь, засипел, булькнули на губах красные пузыри, надулись алой плёнкой, лопнули брызгами по лицу.
– Хрен тебе, а не власть, сволочь! А кто ты такой, и я могу сказать! – отбрасывая в сторону мёртвое тело и вытирая о рукав широкий нож, наклонился ко мне Георгий. – Живой? Что у тебя?
Кое-как подлечил мои раны, поправил, насколько смог, ну, не целитель боярин ни разу, хотя меня же этому обучал. Как вообще такое может быть, когда чего-то не умеешь, но других учишь? Может, оказывается. Наложил повязки, изодрав мои же, новые с утра шмотки, примотал к ногам срезанные тут же палки и попробовал, было, понести. И я опять потерял сознание, на своё счастье. Очнулся на дороге, в машине, один. Георгия рядом не было, и я запаниковал. Магии нет, пистолет потерян, не пошевелиться. И брякает что-то невдалеке.
Мелькнула в проёме разбитого окна двери чья-то тень, заскрежетала, распахиваясь, дверь.
– Пришёл в себя? – услышав знакомый голос, расслабился. – Держи, нашёл твой пистолет. Все кусты пришлось облазить.
– А остальное? Автоматы у них интересные…
– Да собрал я всё. Не могу же я тебя без законных трофеев оставить. Что с боя взято, то свято! Поехали потихоньку? Добраться бы до дома. Отправлю тебя в лечебницу, а потом мне в управу нужно, дознавателей сюда везти. И, это… Спасибо тебе…
– И тебе.
И мы поехали. Медленно, потихоньку. Лежу на заднем сиденье под пледом, кусая в кровь губы от боли и еле сдерживая рвущийся наружу крик…