Эдон теребил запонки. - Ну да, конечно. Ты не первая, кто это замечает, если ты об этом думаешь. Он усмехнулся.
Она покачала головой. - Ну да, конечно. Все милые дамы.- но они оба знали, что она говорит не об этом.
И на этот раз Эдон не повернулся.
- Кто она такая?- Ара мягко положила руку ему на плечо. Новый вид жеста.
Тот, который они никогда не пробовали раньше, не между ними двумя. Он посмотрел на ее руку.
-Ее зовут Ахрамин. Она была моей парой - сказал он мягким и печальным голосом.
-Что с ней случилось?- сочувственно спросила она. - Ты потерял ее на войне?
- Да, это так.
Потом он поднял глаза и, увидев ее лицо, быстро поправился: Я не потерял ее на войне. Я потерял ее из-за войны.
-О чем ты говоришь?
- Она жива. Она в порядке. Она охраняет временную линию, как хороший волк. –о н покачал головой. - У нас было ... Ну, это было какое— то дерьмо.
- Что случилось?
- Это долгая история, но когда волки сбежали из ада, Ахрамин осталась одна, и она так и не простила меня.
-Блин. Извини чувак.
Эдон провел пальцами по густым, медового цвета волосам. – Да, но нельзя же иметь все сразу.
-А как же вы с Деминг?- спросила она.
- О, это было после битвы. После того, как она потеряла ее... ты знаешь, - сказал он. —Она была немного не в себе думаю, я тоже, после того, как Ари сказала, что больше не хочет меня. Мы ... э ... утешали друг друга.
Он вдруг показался ей таким же неловким, как и она сама, и она отдернула руку.
- Хорошо, - сказала она, ерзая на стуле и чувствуя необъяснимое раздражение.
- Ну да, кровавый секс, боевая усталость. В любом случае... - угрюмо сказал он. - Давай не будем зацикливаться на прошлом. Его глаза снова скользнули по ее лицу, и он попытался выдавить улыбку. -У нас только один выпускной вечер.
Ара кивнула, залезла в мини-бар и достала бутылку аптечного шампанского. Она открыла крышку и протянула ее Эдону.
-Бля, выпуской вечер.
Он отхлебнул из бутылки, вытирая рот тыльной стороной ладони. -Бля пингвины.
Она отпила из бутылки и позволила городским пейзажам промелькнуть мимо них, заметив Эмпайр Стейт Билдинг, купающийся в ярком голубом свете для Ковена. "Хороший штрих", - подумала она, впечатленная связями регента. Теперь они были на Манхэттене, направляясь в центр города, к музею. Лимузин двигался по улице, направляясь к свету. Маяк выстрелил прямо в небо из того, что должно было быть музеем, как будто весь Нью-Йорк был просто украшением по периметру того, что должно было стать событием сезона.
- Какая чушь.- Эдон покачал головой.
- Дело в масштабах дела. Вот что так впечатляет. Одно слово регента, и весь город закроется. Теперь, когда она увидела это своими глазами, она была поражена не меньше его.
-Все на вечеринку.
В его голосе звучало отвращение, и она улыбнулась. По крайней мере, ты знал, что делать с волком.
Каждый раз он называл все это чушью, и за это можно было что-то сказать. Было приятно, что он сказал то, о чем думал, что было редким качеством даже среди правдолюбов. Она вспомнила, как вчера допрашивали Финн Чейз. Ара поклялась, что девушка Регента что-то скрывает, но в ее словах звучала правда. Как Венатор, Ара не задумывалась об этом; в конце концов, ни один смертный не мог солгать ей и уйти безнаказанным. Может быть, Ара просто видит повсюду тени. Машина врезалась в длинную вереницу лимузинов, выстроившихся перед домом. Улицы были огорожены канатами, а музей освещался полудюжиной прожекторов, освещавших фасад и небо.
Время для шуток прошло, и Эдон с Арой молча вышли из лимузина. Они прошли по длинному красному ковру, остановившись перед толпой фотографов, которые фотографировали всех, кто входил на вечеринку. Лампочки вспыхивали как вспышки, замораживая каждое движение пары, позволяя каждому жесту и взгляду висеть в воздухе на мгновение дольше, чем следовало.
Все это так дезориентирует, подумала Ара. Старая Минти справилась бы с этим гораздо лучше. Это оказалось труднее, чем казалось.
Ара споткнулась на высоких черных шпильках, и Эдон положил руку ей на спину.
- Теперь спокойно. -он улыбнулся ей, и они позволили фотографиям вспыхнуть.
Пока они позировали,она разглядывала сцену. -Иисус. Поговорим о публичном мероприятии. Каждая голубая кровь в городе будет известна к тому времени, как это закончится. Надеюсь
Регент знает, что делает.
Эдон фыркнул. - Да, конечно. Ты знаешь, что они говорят. Брасс рифмуется с задницей не просто так.
Она постаралась не улыбнуться. - Никто так не говорит.
-Уверен, что они делают.
Она посмотрела на него.
Он пожал плечами. - Я так и сказал.
Они добрались до конца ковра и проверили столы, прокалывая пальцы на идентификаторах крови, которые анализировали и сопоставляли их кровь с записанными.
Мгновение спустя огромные стеклянные двери открылись, и они вошли.
Эдон легонько положил руку ей на спину, и они пошли через всю компанию, кивая знакомым. Никаких расходов не пощадили. Праздник был самым декадентским и пышным из всех, что она или даже старая Минти когда-либо видела.
Как будто архитектура музея не была достаточно ошеломляющей-пересекающиеся бетонные панели и стальные балки, все гладкие линии и строгие плоскости—два огромных белых шелковых шатра заполняли двор между Крыльями музея, их вышитые вручную панели трепетали на мягком, влажном ветру раннего вечера. Крохотные огоньки мерцали в верхних карнизах палаток, которые сами были увешаны густыми гроздьями ночного жасмина, гортензии и лилии. Белые задрапированные столы сверкали деликатно вырезать геометрические кристаллы, которые отражают свет свечей в каждой фасетке. Было ясно, что даже мельчайшие детали праздника были выполнены в совершенстве - каждый запах, каждый угол, каждая текстура.
"У кого-то есть еще более дерьмовая работа, чем у нас", - подумала Ара, решив остаться равнодушной. Это была та сторона Ковена—шикарная, снобистская сторона которая никогда не привлекала ее. Венаторы работали в темноте, но эти ангелы купались в свете, как будто он не отбрасывал тени.
-Его видишь?- Спросил Эдон.
-Нет.
Ара закусила губу, оглядывая комнату в поисках темноволосой головы Кингсли Мартина. Вчера она что-то увидела в голове Шефа. Она думала, что он защищает Кингсли, но Ара сразу поняла, что дело совсем не в этом. Сэм беспокоился о Кингсли, и Ара показалось, что она почувствовала что-то еще. Чувство, которое она не могла расшифровать. Страх? Как бы то ни было, Шеф испытывал к своему другу смешанные чувства.
-Ты сказал, что не думаешь, что Кингсли сделал это, - сказала она. - То же самое ты сказал вчера. Что ты не думаешь, что это он.
- Думаю, что нет. Нет.
- Шеф тоже не знал. Но когда я продолжала давить на него, он, наконец, смягчился— почти как будто он был рад, что я настаиваю на своем.
-Так?
Ара не ответила, так как была слишком занята изучением вампиров и их спутников, их человеческих фамильяров, маленьких шрамов на их шеях. Она рассеянно ощупала свою, длинную и гладкую, без шрамов и покраснела, почувствовав на себе взгляд Эдона.
- Не останавливайся из-за меня, - сказал он, подмигнув.
-Заткнись. Просто ... —
Он пристально посмотрел на нее. - Что?- спросил он, когда подошел официант с подносом, на котором стояли бокалы с шампанским, и еще один с аппетитными закусками.
- Этих мертвых девушек не было в наших файлах ,что означало, что вампир, убивший их, не был в нашем Ковене. По крайней мере, то, что мы предполагали.
-Угу, - сказал Эдон, беря с подноса одного официанта завернутое в бекон финик, а с другого-два бокала шампанского.
-Но что, если их убийца был кем-то, кто имел доступ к записям крови и был в состоянии изменить их?- спросила она, протягивая ей один из стаканов. Она сделала глоток.
-В этом ты права.
- Подожди, у меня телефон звонит, - сказала она и сняла трубку. Она слушала и кивала, бледнея. - Это был Шеф. Что-то случилось. Мертвые девушки. Джорджина и Айви. Они пропали из морга.