Стоит моей «подруге на вечер» скрыться за пределы видимости, я даже не успеваю сделать блаженный вздох, как в зал неторопливо и вальяжно заплывают трое из ларца. Все такие на кепочках, в трениках, местные дворовые романтики. А если без лирики "гопота". Господи, мы что, не могли в нормальное место пойти? Какого ражна вечно тащимся в этот притон? Но в чем – в чем, а в плане выбора заведений наша Ольга консервативна, как нигде. В выборе партнеров нет, а вот в выборе бара верна этому, как ни одному мужику.
- Пошли, - как-то я проморгала момент, когда один из этих кавалеров оказался у нашего стола.
- Что, простите? – нет, кажется, я реально не расслышала. Ну, не может же незнакомый человек к тебе подойти и без всякого «здрасьте» сказать «пошли»?
- Пошли, говорю, - или все – таки может? Незнакомец с чересчур суровым и отталкивающим выражением лица, что никак не вяжется с его щуплым телосложением, продолжает стоять, склонившись ко мне непозволительно близко, и обдавать своими «умопомрачительными» ароматами ядреной «туалетки» и много чего ещё.
- Я… Не пойду никуда, - никогда не отличалась особой робостью, но эффект неожиданности, если этот тип делал ставки на него, сработал. Я аж растерялась от такой наглости.
- Че, сидишь тут одна, пошли, говорю, - упорно продолжает стоять на своем с видом мужчины, абсолютно не принимающего отказы и не верящего, что таковые вообще могут место быть.
Хотела было сказать ему, что подходить знакомиться к девушкам стоит с более дружелюбной «миной» , а не с такой, будто собираешься её расчленять, но как-то резко передумала.
- Я не одна, я с подругой, - терпеливо поясняю незнакомцу, сухое лицо которого приобретает и вовсе, искаженные пренебрежением, черты. – И никуда не пойду, спасибо.
Положенные, в таких ситуациях, злость и раздражение уступают позиции дрожащей тревожности. Бывают же вот такие люди, вроде, пока ничего плохого не сделал, но чисто интуитивно понимаешь, что стоит от него держаться подальше.
- О, приветики, - в наше тесное пространство песпардонно вклинивается Оля с двумя бокалами, хищным взглядом окидывая этого странного представителя местной фауны. Что за женщина, а? В ее личном рейтинге могли бы соседствовать Орландо Блум и алкаш Валера, вообще никаких границ, писька есть, и слава Богу…
Неприятный тип окидывает подругу брезгливым взглядом и пятится назад.
- Я ещё вернусь, - бросает напоследок нежелательное обещание, и меня всю передергивает от неприятных ощущений.
Вот, не хотела же я никуда сегодня идти, когда уже начну пользоваться своей интуицией?
- Оль, давай уедем? Мне стремно, - принимаю из её рук новую порцию коктейля и делаю глоток, пытаясь справиться с омерзительными ощущениями. Будто испачкала руки чем-то липким.
- Ой, да расслабься, обычный нарик какой-то…
И это был единственный случай в истории, когда Оля оказалась хоть в чем-то права…
3. Все женщины - не очень разумные создания
- Как у тебя с твоим, кстати? – вообще не кстати. Я притащилась сегодня сюда, намеренно отключила телефон, терплю твою болтовню – и это всё только для того, чтобы хоть немного не думать, не вспоминать и не слышать об этом «кстати».
- Нормально, разводимся, - да, как-то так. Не грустно, не больно, не «о, господи, как же я буду дальше жить?». Нормально. Я уже давно смирилась с этой мыслью и приняла, как факт. Стандартная процедура, не более драматичная, чем поход к стоматологу. – Но с несовершеннолетним ребенком, сама понимаешь, процедура небыстрая…
- Ну, да, да, - отстраненно бормочет Оля, попутно что-то печатая в телефоне. Судя по лукавой улыбке, она уже нашла себе на просторах интернета жертву на вечер. – А он чего? – на мгновение бросает на меня мимолетный взгляд, изображая любезную заинтересованность беседой. – Не пытается вернуть?
- Ему пока не до этого, - неохотно делюсь информацией, бездумно мешая в стакане тающие льдинки. – Еще не все запасы скурил, - и речь не о «Парламенте», «Винстоне» и даже «Приме». Будь оно так, я бы как-то смогла пережить его вредную привычку.
- Жесть, конечно, - с досадой качает головой и даже выключает экран смартфона, небрежно кинув его на столешницу. – Мой Леха тоже в последнее время увлекался этой хренью. Крайний раз так меня отметелил под этой фигней, что думала костей не соберу.
- Жесть, - искренне изумляюсь, и передергиваю плечами от ужаса. Рукоприкладство для меня – табу. Я, наверное, уже могу простить в этой жизни все. Измену, обман, оскорбление, безразличие, но, как только ты поднял на меня руку – в мозгу автоматически сбрасываются настройки, и ты перестаешь для меня существовать, как мужик. Примерно так и случилось с моим, без пяти минут бывшим, мужем. – Ну, а ты чего?