- А чем ты вообще занимаешься? – разбавляю повисшую тишину, но только после того, как набила желудок, прикончив половину своей порции. – Учишься, или работаешь? – тактично решаю замолчать свой истинный вопрос о том, что такая машина, по моим представлениям, стоит недешево. Но он оказался еще и сообразительным.
- А можно я скажу, что всего добился сам, с детства работал на халтурах, и копил на эту тачку с пятнадцати лет?
- Фу, нет.
- Жаль, - симулирует разочарованный вздох, пряча улыбку в своем стаканчике. – Мне просто повезло с родителями. Эту машину мне подарили год назад на день рождения. Но, я действительно работаю с пятнадцати лет и самостоятельно снимаю квартиру, - кидает вдогонку что-то наподобие оправдания, вызывая на моем лице ответную улыбку.
Любезно забирает из моих рук пустую тару из под кофе, обертку, и стремительно отправляет их в рядом стоящую урну, после чего закрывает дверь и заводит двигатель.
- Ну, что, куда тебя отвезти, Даша, - еще никогда мое имя, сказанное вот так, вскользь, между делом, не звучало так интимно. Или так говорит алкоголь, все еще присутствующий в моей крови. Все мы под этим делом горячие кошечки, и петь умеем, и стриптиз танцевать, да –да. – Или, ко мне? – вот, да, и такое тоже мерещится.
Поднимаю на него уставший взгляд, в полной уверенности, что мне это послышалась, но по прямому вопросительному взору с примесью вызова, понимаю, что нет.
- Почему именно я? – задаю самый неожиданный, даже для самой себя, вопрос. Но мне, правда, интересно. Вон, Оля же сама была готова. И его ровесница, и посговорчивее…
- Ну, так вышло, что я не каждый день спасаю девушек, ты сегодня первая просто.
- Оригинально. Но мог бы сказать хоть, что я красивая, - капризно кокетничаю, вместо того, чтобы залепить ему по лицу. Мне тут вообще-то непристойные предложения делают, Даша, алло!
- Ты очень красивая, - утвердительно кивает, без тени сарказма.
- А вдруг, ты тоже маньяк? – презрительно щурю глаза, от всей души желая почувствовать от него опасность, но чувствую только запах сладкого кофе и горьковатый аромат его тонкого парфюма.
- Не, я не маньяк, - что даже убеждать не будет?
- Ну, да, это всё равно, что спросить у мошенников, мошенники они, или нет, - тяжело вздыхаю, и пытаюсь для себя понять, раздумываю ли я над его предложением всерьез.
Тихий хрипловатый смех откликается мурашками на моем затылке под волосами, что щедрой россыпью опускаются вниз и прячутся под краем декольте.
- Что, даже клеить и заманивать никак не будешь? – изо всех сил пытаюсь скрыть в голосе горькие нотки разочарования.
- Буду, конечно. У меня дома есть хорошее вино, и я готовлю вкусные креветки, - медленно наклоняется ближе, пронзая меня острым взглядом своих завораживающих глаз. – А еще закажем пиццу, доставка в моем доме, принесут быстро, - о боже, он уже практически касается своими губами моих. И вот это замирание сердечка, как в юности, это вообще не к добру.
- Я люблю с ананасами, - ляпаю любую глупость, лишь бы прогнать это, испугавшее меня, чувство.
- Кошмар, - резко выпрямляется, рисуя на лице брезгливость. Но ради тебя я готов потерпеть.
6. Ожидание и реальность
- Не так я представляла себе свидания молодежи, - ерзаю на высоком барном стуле возле кухонного уголка просторной светлой студии и прикусываю язык от того, что совершенно не ожидала ляпнуть это вслух. Но женское самолюбие с, забившейся в угол, самооценкой требуют объяснений. Половина тарелки с наивкуснейшими креветками, покрытыми умопомрачительным хрустящим колером, и бутылка вина практически уничтожены. А этот парень даже не сделал намека, или какого-то пошлого поползновения в мою сторону. Он что, серьезно, просто привез меня к себе поесть? Я настолько вызываю жалость? Или передумал, увидев при свете мои опухшие зареванные глаза? А я ему говорила, надо было соглашаться на предложение Оли… И как мне реагировать на этот его голый твердый торс с, в меру проступающими, атлетичными прорисовками, которым он мне тут трясет перед носом, как красной тряпкой перед быком, уже битый час, избавив его от одежды, стоило нам зайти в квартиру…
- Ты так говоришь, как будто тебе никогда не было двадцать три, или это было, минимум, лет тридцать назад, - абсолютно нечитаемая интонация бесит ещё сильнее. Смотрит исподлобья своими глазюками, изучает, как какую-то диковинную зверушку. Чувствую себя подопытной овцой для написания пособия: «Что делать с женщинами тридцать плюс».