Вздохнув ещё раз, поставила сумку на пол и закатала рукава, нарочито громко проговаривая детскую считалку, во время обучения помогавшую контролировать стихию огня:
– Раз, два, три, четыре, пять... Вышел зайчик погулять...
Пакостно улыбаясь, сформировала на поднятых вверх ладонях три маленький красных шарика, состоящих из стихии огня с применением молнии. По разрушительности эти ребятки не уступали самым сильным боевым заклинаниям стихийной магии, но что поделать... Всегда приходиться чем-то жертвовать.
Заставив шарики подняться выше, продолжила считалку:
– Вдруг охотник выбегает, прямо в зайчика стреляет... – шарики разделились, окружив меня. – Пиф-паф, ой-ой-ой! Погибает зайчик мой!
Щелчок пальцев и заготовленные заклинания начинают нарезать круги по кабинету, пока что не встречаясь с наверняка жутко ценными вещами, валяющимися то тут то там, однако, стоило им добраться до одного из стеллажей, как они тут же яркими пятнами расплылись по одному из самых эффективных щитов, особенно против такого вот заклинания.
– Ну-у-у-у... – надула губы, притворяясь смертельно обиженной и сложила руки на груди. – Я так не играю!
– Я тоже рад тебя видеть, Сэмира, – спокойный, глубокий с долей добродушной насмешки голос, раздавшийся позади меня, в былые времена тут же получил бы по носу ногой с разворота или ещё что-то малоприятное заработал.
Всё течёт, всё меняется... К тому же, не узнать Таша было бы очень непростительно с моей стороны. Всё же, в те самые, былые, времена, мы проводили вместе довольно много времени.
– Привет, солнце моё трудящееся, – хмыкнула и позволила подхватить себя под руку, послушно следуя за хозяином кабинета к креслу, неожиданно оказавшемуся свободным.
Устроившись в нём, поёрзала, стараясь принять максимально удобную позу, и улыбнулась. От души, широко и искренне. Всё же, я действительно была рада видеть этого мужчину.
Таилшаэлтен обошёл письменный стол, заваленный бумагами и какими-то вещицами, непонятного назначения, и сел на своё место, откинувшись на спинку кресла и скрестив пальцы. Он вопросительно изогнул бровь:
– Итак?
– Хм? – повторила его жест, добавив в неопределённый возглас ехидные нотки, словно передразнивая его.
– Сэмира...
– Ась? – невинный взгляд не смог бы обмануть его даже в самом начале нашего знакомства. Страдальчески вздохнув, Таш возвёл глаза к потолку и покачал головой.
Хихикнув, окинула его оценивающим взглядом. Внешне он совершенно не похож на типичного представителя эльфийской расы: крепкое телосложение, широкая грудная клетка и всё в том же духе. Достаточно высокого роста. Широкие скулы, высокий лоб и упрямый подбородок, вскинутый в вечном вызове миру и природе, и вообще, всем, кто вдруг решится встать у него на пути. Глаза чуть раскосые, приятного зелёного цвета, чем-то похожие на мои. У меня радужка темнее только и с вкраплением золотистых искр вокруг зрачка. Черты лица несколько грубые, хоть и не лишённые привлекательности, волосы каштановые, с любопытной стрижкой: длинная чёлка падает на левый висок, не сильно длинные пряди сзади, отросшие примерно до основания шеи. Единственным признаком, указывающим на то, что он не чистокровный человек, были заострённые, как у светлых эльфов ушки.
К слову, они ещё и жутко чувствительные. Особенно к ласковым прикосновениям. Если это недоразумение всё-таки вздумает остепениться, надо будет сдать его эрогенные зоны с потрохами. Не то, что бы я специально изучала их, просто однажды помогала ему с одним любопытным экспериментом. Хаос потом долго, не стесняясь в выражениях, рассказывал что он об этом думает и куда засунет шаловливые ручки полукровки в случае чего.
Мы продолжали меряться взглядами, выжидая, кому это первому надоест. Склонив голову набок, задумчиво почесала нос, в который раз проклиная эту дурацкую привычку. И отделаться от неё не получается.
Если честно, не совсем понимаю, почему Таш до сих пор остался свободным холостяком. Характер спокойный, уравновешенный. Его смело можно назвать Мужчиной, причём именно так – с большой буквы. И пусть в сравнении с Хантором он однозначно проигрывал, отсутствие рядом постоянной женщины меня весьма огорчало. Впрочем, тут нужно ещё попытаться найти ту, что сможет выдержать его ум, аналитический склад которого привёл к привычке полукровки всегда и всё знать. Не спорю, умный мужчина предпочтительней деревенского дурня, размахивающего дрыном направо и налево. Но нездоровый интерес к науке и магии, лёгкость с которой он вникает в любую ситуацию, вызывают священный ужас у обычных нелогичных по натуре женщин.
Конечно, он не знает всё, о магии и других аспектах сего многогранного мира. Но и та крупица знаний, что у него имеется, внушает уважение. К тому же, больше доверяет логике, нежели интуиции, воспринимает эмоции как какой-то алгоритм и убивает на корню любые романтические побуждения в свой адрес.
Из чистой вредности женю его на какой-нибудь мечтательнице, отягощённой стереотипами “принц на белом коне” и “любовь по гроб жизни” .
– Сэми, ау, – перед моим носом просвистел небольшая шаровая молния, развеявшаяся в нескольких миллиметрах от моего лица. Желание найти ему пару, представляющую полную противоположность полукровке, стало просто невыносимым. Или это у меня гормоны опять разыгрались.
Скосив глаза, проверила состояние собственного органа обоняния и зло фыркнула, возвращая своё внимание Ташу:
– Ещё раз и не посмотрю, что ты директор Академии Магии, как дам промеж глаз!
– Руку не отобьёшь? – деловито поинтересовался Таилшаэлтен, нисколько не впечатлившись возможными перспективами.
– А я перчатку позаимствую, у того доспеха, что в углу рядом с камином пылиться, – ткнула пальцем в указанном направлении.
– Хм, вряд ли ты её сможешь взять. Помнится, прошлым летом кто-то приварил её к доспеху так, что ни одним заклинанием или инструментом не отодрать, – задумчиво протянул Таш, бросая на меня насмешливо-укоризненные взгляды.
Состроив невинное лицо, похлопала глазами и надула губы:
– Не виноватая я! Кто ж знал, что у тебя студиозы такие... Как бы помягче выразиться? Активные!
С минуту в кабинета царила звенящая тишина, а затем мы рассмеялись, тепло улыбаясь друг другу.
Успокоившись, Таш занялся лежащими на столе бумагами, мимоходом поинтересовавшись:
– Как дела дома? Не так давно ко мне заглядывал Хан... Не хочешь рассказать, что у вас произошло?
– Не сошлись во мнениях по ряду любопытных причин, – уклончиво ответила, неопределённо пожав плечами. – Вообще-то ты не мой семейный психолог, поэтому можно обойти ту часть, где ты читаешь мне нравоучения, пытаешься разобрать наши с Хани отношения на составляющие при помощи логики и анализа, а я в это время устраиваю истерику в лучших традициях лишённых логики женщин?
– Я вовсе... – наткнувшись на мой скептический взгляд, Таш вздохнул и фыркнул, сдувая прядь волос с носа. – Ну ладно. Раз ты не желаешь обсуждать ваши отношения, не будем. Скажу только, что про беременность он знает!
– Тьфу, да в этом мире хоть кто-то ещё про неё не знает?! – вскипела, чувствуя себя неуютно от такой осведомлённости знакомых. И чего моя персона им покоя никак не даёт?! Глубоко вздохнув, заставила себя успокоиться и уже более мирным тоном продолжить разговор. – Вообще-то, я пришла поговорить о более серьёзных вещах. К примеру о том, что в ближайшие, – беглый подсчёт выдал нужную цифру, – два-три часа на нашего общего знакомого будет совершенно покушение. Которое увенчается... Провалом.
– Любопытно... – после недолгой паузы, протянул Таш, тем не менее продолжая заниматься своими записями. Вот уж точно – учёный. Оставалось только возвести глаза к потолку и попросить у Хаоса ещё немного терпения. А то вместо одного покушения этот городок сотрясут целых два.
Ну а что? Я женщина в положении! Мне простительно нервничать для окружающих с последующим летальным исходом.
– Таш, оторвись от своих книжек и посмотри на меня, такую всю красивую, обнажённую...
– Солнышко, прикройся, простынешь ещё. Хани меня по голове за это не погладит! Сама понимаешь, злить одного из лучших воинов дроу весьма болезненно и небезопасно для целостности собственной шкурки, – спокойно откликнулся этот учёный, продолжая что-то чертить на листе. – А кого там убить-то хотят? Да ещё и провально?