Глава 9
– Вставай!
Тошку трясли за плечи, а она никак не хотела выныривать из своего сна. Ей снилось что-то нехорошее… Какая-то странная мутная река, в которой кто-то то ли тонул, то ли уплывал от нее. Но что бы ни происходило во сне, явь была еще хуже. В этом Тошка убедилась, стоило ей открыть глаза.
– Вставай, тебе говорят!
Над ней склонился Синий, и Тошка отпрянула в испуге – рожа у него была перекошена, словно он собирался придушить ее.
– Показывай! Ну?!
– Что показывать? – едва выговорила она. Шею ломило, все тело затекло…
– Хорош дурой притворяться! Показывай, где расшифровка! Ты чего полдня делала? Дрыхла, что ли?
Тошка не заметила, как уснула, и уж тем более не знала, сколько прошло времени. «Полдня… Сколько же я здесь уже сижу?»
– Тебе чем сказано было заниматься?! а?!
Он орал, наклонившись к ней, и Тошка вдруг пришла в ярость:
– А ну не кричи на меня! Понял? Не смей кричать! Она вскочила, сбросив остатки сна, выставила перед собой крепко сжатые кулачки, понимая, что выглядит смешно и глупо. Но Синий даже не улыбнулся.
– Не понял… – недоуменно протянул он, отступая. – Это чего, а? Типа, ты мне так угрожаешь?
– Нет, это ты мне угрожаешь! Я твоему боссу пожалуюсь, что ты меня пугаешь, и я из-за тебя ни слова в записке расшифровать не могу.
Синий нехорошо прищурился:
– Боссу пожалуешься? Не много на себя берешь, а?
Он шагнул к ней, и Тошка увидела по его глазам, что охранник не в себе. Глаза у него стали дурные, мутные, как та река, что ей снилась. «В самом деле придушит», – мелькнуло у нее в голове, а в следующую секунду, не задумываясь, она выставила перед собой вместо кулачков правую ладонь. Пальцы левой руки спрятались за спиной, сложились в сложную фигуру, которую Тошка умела делать с детства: все пальцы перекрещены друг с другом – знак защиты.
Синий усмехнулся этой выставленной ладошке, и тут дверь распахнулась и вошел Гарик-Черный.
Увидев второго охранника, Тошка едва не бросилась ему на шею, но вовремя удержалась. Еще неизвестно, зачем он явился…
– Ты чего тут… – начал вошедший и не договорил – Синий перебил его:
– Она еще с шифром не разобралась! – враждебно бросил он в сторону Тошки, но все-таки отошел от нее. – Сечешь?
– Мне нужно время! – упрямо сказала Тошка. – Я все сделаю, только дайте время.
– Нету у тебя времени! – повысил голос Синий. – Вышло твое время, ясно?!
Девушка перевела взгляд на Черного и по его лицу поняла, что он пришел за тем же, за чем и первый охранник – за результатом. Им нужна готовая записка, и нужна немедленно. Синий сказал правду: ее время действительно вышло. Что бы ни подгоняло этих людей и того, кто отдавал им приказы, но тянуть с расшифровкой она больше не могла.
Тошка знала, что написано в записке Максима Арефьева – знала через пять минут после того, как увидела ее. Конечно, можно было сказать правду и надеяться на то, что ее оставят в живых… Но она знала, что правду не скажет им никогда. Они все равно убьют ее, так пускай ничего не получат в итоге! Но кое-что все же можно было попробовать сделать…
– «В подвале соседнего дома, справа», – торопливо проговорила Тошка. – Вот что там написано!
Оба охранника вытаращились на нее:
– Чё, правда?!
– Почему раньше молчала?!
– Правда! Я не была уверена, что правильно расшифровала…
Наступило молчание.
– Ну, это… – сказал наконец Черный, доставая телефон. – Надо тогда звонить, ехать…
– Тихо, – остановил его Синий. – Не торопись.
Он подозрительно глядел на Тошку, и на лице у него отображалась напряженная работа мысли. «Может быть, он и дурак, но он мне не поверил, – обреченно поняла девушка. – Что-то не так…»
– Не может такого быть, чтобы в подвале соседнего дома, – выговорил наконец охранник. – Нету там домов ни справа, ни слева. Соврала, стерва!
Он в бешенстве ударил кулаком по столу. Хлипкий стол треснул, проломился, и в трещину с шелестом съехали все тетрадки, в которых без конца писала Тошка, имитируя работу по расшифровке. Она вскрикнула и попятилась, представив, что этот кулак обрушится ей на голову.
– Я тебя сейчас…
Что он сделает с Тошкой, Синий не успел договорить – в комнатке внезапно громко запел гнусавый голос, от которого все трое вздрогнули. «Господи, это же его телефон…»
Охранник вытащил черную трубку и прижал к уху:
– Алё. Я. Да нет, блин, все мозги компостирует! – Он метнул ненавидящий взгляд на Тошку. – Нет. Нет. Чего-о-о?! Да ты чё, спятил, что ли? Я? Да ты меня под статью подвести хочешь!
В разговоре наступила пауза, во время которой девушка напряженно прислушивалась, пытаясь уловить хоть слово. Но слышала лишь равномерное бормотание. «Под статью подвести хочешь» – значит, ему приказали меня убить. А он не хочет. Вовсе не потому, что ему меня жалко…»