Выбрать главу

Ладно. Раз считают, что начальству позволительно высокомерие, пренебрежение, о нем тоже говорили, Бог с ним. В конце концов убийцу поймали, чего еще? Но вскоре уклонявшиеся от моих вопросов ненароком или напрямую искали встречи и теперь уже сами поднимали интересующие меня вопросы. Выглядели обиженными.

Что-то произошло? Да оказалось, что появились публикации в московских изданиях, где Костоева представляли этаким суперсыщиком, раскрывшим суперубийцу. А доброго слова об огромной массе людей, участвовавших в операции, нигде не сказали. Якобы все делал он один. А между тем на момент задержания Чикатило в группе «Лесополоса» из 55 следователей милиции и прокуратуры 50 были донскими, сотни рядовых сотрудников исключительно местными. Говорили и другое: от подчиненных требуешь, чтобы блюли букву Закона, а сам? Раз не положено до суда говорить о деле, чего же интервью давать направо и налево? Не уверен в сделанном, готовишь общественное мнение заранее? Используешь положение? И разве мало было сделано до Костоева?

Следователь областной милиции Виктор Бураков, попросивший о встрече, был серьезно обижен, приводил свои доводы:

— Милиция привлекла Александра Бухановского, без которого искали вслепую. В его проспективном портрете преступника все было разложено по полочкам. Мы с ним на университетской электронно-счетной машине даже возможное место работы просчитали. Да вы посмотрите, как мы его со всех сторон обложили: на вокзалах, в электричках… Он же видел, чувствовал, во всяком случае: конец ему, поймаем. Проанализируйте хронологию убийств, посмотрите. Можно ли утверждать, что заслуги исключительно Костоева, а ошибки делала только милиция?

Что ж, давайте посмотрим хронологию. Я разворачиваю огромную таблицу, давно подаренную мне заместителем областного прокурора Виталием Калюкиным. Здесь в хронологической последовательности обозначена вся картина преступлений от первого до самого последнего. Называется эта «простыня» «Сводной таблицей по убийствам, совершенным Чикатило А. Р. в 1978–1990 гг.» В ней девятнадцать столбцов: год; номер по порядку; фамилии и имена жертв и их возраст; характеристики жертв; даты совершения убийств; дата и место обнаружения трупа; период с момента убийства до обнаружения трупа. Далее три графы о повреждениях: общее количество, характеристика орудия, причина смерти; в области глазниц; сексуального и садистского характера. Дальше: признаки маскировки трупа; наличие одежды на трупе; место обнаружения одежды и ее состояние. Две колонки экспертизы, затем вещественные доказательства, относящиеся к делу; чем завладел преступник; результаты опознания, проверки на месте; возможность нахождения преступника на месте совершения преступления.

Внимательно изучив эту «простыню», можно обнаружить интересные обстоятельства. 27 августа 1985 года в лесопосадках, примыкающих к Шахтинскому лесхозу была убита восемнадцатилетняя Инесса Г-ва — тридцать четвертая в этой страшной «серии». А следующая на территории Ростовской области жертва — неизвестная женщина, найденная на пустыре в районе автотранспортного предприятия в городе Красный Сулин. Дата обнаружения трупа — шестое апреля 1988 года.

Через два месяца после убийства Инессы Г-вой, почти за три года до следующего убийства на Дону, связанного с делом «Лесополоса», в ноябре 1985 года в Ростов приехал заместитель начальника следственной части Прокуратуры России Исса Костоев. Поселился в гостинице «Ростов», исполняя и свои прямые обязанности в Прокуратуре России. Он возглавил операцию «Лесополоса» в тот момент, когда сексуальный маньяк прекратил убийства на территории Ростовской области ровно на два года и восемь месяцев.

О любом деле, тем более таком сложном и «многолюдном», как это, рассказывать легче, если в нем есть человек, являющийся как бы ключевой фигурой. Мне представлялось, что многочисленные участники операции, все лучшие творческие силы должны были сосредоточиться вокруг руководителя. И строить рассказ надо так, чтобы ни один интересный человек не был обойден вниманием. А в центре Исса Костоев, трезвый, расчетливый сыщик, в руках у него все нити дела, он хитро плетет с помощью своих верных соратников сети, в которые в конце концов и должен был попасть преступник.

Но можно ли не учитывать во имя хорошего замысла того, о чем говорили некоторые участники операции, а потом и Виктор Бураков, высказавший не личную свою обиду: Исса Костоев прибыл к хорошо отлаженному делу, в котором преступник, почуяв опасность, как говорят криминалисты и охотники, залег, притом почти на три года. Он же взял на себя смелость говорить об операции в целом, хотя включился в нее с половины, умолчал о роли сотен людей, на плечи которых ложилась в этом деле основная нагрузка.