Выбрать главу

Смертные приговоры у нас выносят областные, краевые, республиканские суды. Стало быть, кассации поступают в Верховный суд России. Если кассационная жалоба оставлена без удовлетворения, можно уповать только на помилование. Оно осуществляется специальной комиссией Верховного Совета, а конечном итоге Президентом, на стол которому ложится то или иное заключение комиссии. Раньше цепочка тянулась в союзные органы. Теперь их нет. Объективно, шансы смертников на жизнь тем самым уменьшились. Но Фактически решения союзных и республиканских органов расходились крайне редко.

День и час казни в каждом конкретном случае определяется начальником тюрьмы, прокурором и судом. При исполнении приговора присутствуют начальник тюрьмы, прокурор (или их заместители) врач, палач — исполнитель приговора, и несколько подручных, в обязанности которых входит конвоирование приговоренного и его похороны.

О предстоящей казни смертник заранее не извещается. До последних минут с ним обращаются как обычно. Не знают об этом и инспекторы, охраняющие его камеру. Речь идет не столько о гуманности, сколько о том, чтобы не спровоцировать приговоренного на экстраординарные действия, в первую очередь на самоубийство. Казнить его должно государство. И он, пусть какие-то мгновения, должен знать об этом. Но рассказы, которые приходится иногда слышать, о том, что за два часа до казни в камере зажигается красный свет и каждые пятнадцать минут раздается бой часов, мягко говоря, не соответствуют действительности.

Сама процедура происходит в специальном помещении и занимает считанные минуты. Прокурор спрашивает у приговоренного: «Вы такой-то?» — «Да», — следует ответ. «Такого-то числа, такого месяца и года таким-то судом вы были приговорены к смертной казни. Вы подали кассационную жалобу. Она отклонена. Вам об этом известно?» — Да», — следует ответ, который, впрочем, нимало не волнует собравшихся в комнате людей. «Тогда-то и тогда-то вами было подано прошение о помиловании?» — «Да». — «Довожу до вашего сведения, что оно отклонено и приговор оставлен в силе».

Это самый драматический момент. Человек понимает, что никакой надежды уже нет. С ним могут происходить самые неожиданные вещи. Он может уйти в себя и никак не реагировать на слова прокурора. Может броситься на говорящего. И тогда его мгновенно скрутят бдительные охранники. У него может начаться непроизвольное мочеиспускание, его может вырвать. Иногда люди теряют сознание. Но чаще всего они превращаются в нечленораздельно мычащую тушу, которая не в силах стоять на ногах. Этот эффект «ватных ног» присутствует практически во всех рассказах очевидцев.

Большинство убийц (именно они составляют контингент смертников), не пожалевших свои жертвы, лишивших жизни беззащитных стариков, женщин, детей, на пороге небытия начинают молить окружающих их людей не делать им больно, пощадить, приостановить или отложить казнь, позвонить каким-то мифическим личностям, отправить их на урановые рудники, сулят якобы спрятанные ими огромные богатства…

Но жить приговоренному остается считанные минуты. Его просят пройти в соседнюю комнату, якобы для того, чтобы подписать какие-то документы. Он переступает порог. Делает шаг, другой. И получает пулю в голову.

Стреляет специально обученный профессионал. Из табельного оружия. Исполнители берутся из сверхсрочников внутренних войск. Они контролируются медиками. По словам людей, имеющих отношение к приведению в исполнение смертных приговоров, исполнителям полагается добавка к жалованью, более длительный отпуск, какие-то льготы к пенсии. Контингент исполнителей периодически обновляется.