— Поверь мне, детка. Это чертовски возможно.
— Здесь, — говорит Роман, его руки останавливаются на моей спине, чуть ниже ребер, в мясистой части кожи. Он нащупывает что-то твердое, и его лицо мрачнеет, когда он понимает, что был прав. — Я должен вытащить это, — говорит он мне, его взгляд возвращается ко мне. — Она узнает, что мы приедем.
Я киваю, полностью соглашаясь, и вздыхаю, когда он ведет меня к другой стороне машины, чтобы закрыть нас от проносящегося мимо транспорта. Из окна Маркус высовывает руку с ножом, зажатым между пальцами, и Роман осторожно берет его.
Это будет больно, но, по крайней мере, это будет сделано быстро… чертовски быстрее, чем когда я пыталась вырезать такой же из собственной гребаной руки.
Мы подходим прямо к окну Маркуса, и я хватаюсь за его руки, пока Роман прижимает меня к машине.
— На счет — три…
— Нет, — тороплю я, зажмурив глаза. — Просто сделай это.
Ему не нужно повторять дважды. Острое лезвие протыкает кожу, и я прикусываю губу, сжимая руку Маркуса и пытаюсь придумать что-нибудь, что могло бы отвлечь меня от агонии.
— Прости, императрица, — бормочет Роман мрачным и страдальческим тоном, ему не нравится идея причинить мне боль еще больше, чем мне, но Роман не из тех, кто отступает. Он сделает то, что должно быть сделано, чего бы это ему ни стоило.
Я тяжело сглатываю, прогоняя боль из головы.
— Ты же понимаешь, что это означает, что Джиа знает, где находится склад, — выплевываю я сквозь сжатые челюсти. — Она может разрушить всю нашу операцию одним щелчком пальцев. Она использует это против вас.
Большой палец Маркуса скользит по костяшкам моих пальцев, привлекая мое внимание к его нежному, успокаивающему прикосновению.
— Нет, если я имею к этому какое-то отношение.
Острие ножа отрывается от моей кожи, и я прерывисто выдыхаю, наблюдая, как Роман держит между пальцами крошечное устройство, а кровь покрывает и маячок, и его руки. Он мгновение изучает его, прежде чем выбросить маленькое устройство в открытое окно проезжающей машины. Он вытирает кровь с лезвия о свои темные брюки и возвращает его Маркусу, прежде чем снова взглянуть на меня.
— Повернись. Мне нужно наложить швы.
Я качаю головой и вырываюсь из его рук.
— У нас нет времени. Нам нужно добраться до склада и посмотреть, какую информацию нашел Мик. Это всего лишь небольшой порез. Это может подождать.
Губы Романа сжимаются в жесткую линию, и прежде чем у него появляется шанс возразить, я уже обхожу машину с другой стороны и проскальзываю обратно в открытую дверь. Я закрываю ее с тяжелым стуком, и мгновением позже Роман возвращается на водительское сиденье, выезжая в полуденное городское движение.
Задние роликвые ворота уже открыты, когда мы въезжаем на склад. Мик стоит у пульта управления и, как только "Эскалейд" проезжает через ворота, нажимает кнопку, закрывающую роликовую дверь.
Через несколько секунд мы выходим из машины и следуем за Миком в его офис в центре главного этажа.
— Что у нас есть? — Спрашивает Роман, пока работники склада наблюдают за происходящим широко раскрытыми глазами, любопытство берет над ними верх. По одному выражению лиц мальчиков ясно, что что-то вот-вот произойдет.
Последние несколько раз, когда мы проходили здесь, мы были скрытны, прятались в тени, но не теперь. Прямо сейчас нам насрать. У нас одна цель, и ни что не встанет у нас на пути.
Мы заходим в техническую комнату Мика, и я не удивляюсь, обнаружив, что большое помещение кишит компьютерщиками, и их руки молниеносно бегают по клавиатурам. Помещение полностью закрыто для рабочих с противоположной стороны стены. Я помню, как вошла сюда в первый раз и была в полном восторге от одностороннего стекла, окружающего это помещение. Мы могли наблюдать за складом, пока рабочие занимались своими делами, не обращая внимания на наши взглядом. Но теперь помещение погружено в темноту, и мы находимся в полном уединении. Мы не видим сквозь стекло, а они не видят нас. Здесь главное — сосредоточиться и не отвлекаться.
Мик подводит нас к огромному экрану компьютера, но мое внимание привлекает другой.
На экране — лицо Леви, глаза закрыты, кровь запеклась в его коротких волосах, только угол подбородка отличается от видео, которое я прокручивала в голове во время долгой поездки сюда.
— Это еще одна запись? — Спрашиваю я, привлекая внимание мужчин. Они поднимают головы, и я указываю на экран. — Это другое видео.
— Мы проникли в систему наблюдения Джии, — объясняет Мик. — Это прямая трансляция.
Я почти падаю на экран, подбегая ближе, чтобы взглянуть на него.