В ходе осмотра трупа в помещении морга установлено, что на нем надето: куртка-ветровка черного цвета, на которой имеются механические повреждения; черная рубашка, белая футболка с короткими голубыми рукавами; лыжные ботинки, коричневые шерстяные носки, коричневые спортивные брюки, голубые кальсоны, темно-синие спортивные трусы.
Свидетель, отец погибшего, в своих показаниях от 3 января 1989 года показал, что 2 января того же года в 19 час 15 мин он возвратился с работы домой. У дома он встретил свою жену, которая заявила ему, что до настоящего времени не вернулся с лыжной прогулки их младший сын, хотя ушел из дома в 14 час 45 мин Уходя из дома, сын ей заявил, что на лыжах пойдет в сторону Гальянова. При этом она заявила, что с собой он взял его пластиковые лыжи белого цвета. Переодевшись дома, свидетель встал на лыжи, около 19 час 30 мин пошел в сторону Гальянова. Проследовав по лесной тропе примерно 4 км, он возвратился домой. Затем еще раз вместе с женой пошел на лыжах в то место, где должен был находиться их сын, но поиски никакого результата не дали и он с ней возвратился домой. После чего вместе с соседом по лестничной площадке последовал в лесной массив в направлении Гальянова. Когда они вместе с последним прошли порядка 8 км по лыжне, то по ходу движения слева обнаружили следы волочения, а затем и погибшего сына. О случившемся было сообщено в 140 отделение милиции г. Москвы.
Потерпевшая, мать погибшего, будучи допрошенной 4 января 1989 года, пояснила, что 2 января 1989 года она находилась дома. Примерно в 11 час 50 мин сын ушел на лыжную прогулку. Никаких опасений за свою жизнь он не высказывал. Возвратился он домой в 14 часов. Пообедал и вновь решил пойти на прогулку, пообещав при этом возвратиться к 17 часам. Однако больше в живых она его не увидела.
Свидетель (сосед) в своих показаниях от 13 января 1989 года полностью подтвердил показания отца погибшего.
Анализ показаний Ряховского, а также данные протокола осмотра места происшествия от 3 января 1989 года свидетельствуют о том, что при выходе на место происшествия в лесной массив "Лосиный остров" 13 мая 1993 года, когда обвиняемый указывал местность, где им совершалось убийство, допустил ошибку р. определении точного места происшествия, равную 250 м, т. е. 13 мая 1993 года он не дошел до фактического места преступления от Московской кольцевой автомобильной дороги.
Указанное обстоятельство ни в коей мере не подрывает основу его последовательных показаний и не вызывает существенного сомнения, поскольку с момента совершения преступления прошло более 4 лет и выход с обвиняемым осуществлялся в летних условиях.
Объективность показаний Ряховского о том, что после убийства он разбросал лыжи погибшего, подтверждается рапортом бывшего заместителя прокурора г. Мытищи Богомолова А.И. от 3 января 1989 года, где отмечено, что в этот день примерно на расстоянии 800 метров от места происшествия обнаружена одна пластиковая лыжа.
Аналогичный рапорт составлялся бывшим оперуполномоченным уголовного розыска Балашихинского ОВД Кирюхиным В.А., когда он совместно с работником милиции того же отдела внутренних дел Алениным В.В. обнаружил в тот же день (3 января 1989 года) вторую лыжу, принадлежавшую погибшему, на расстоянии 500 метров от места происшествия.
О том, что обнаруженные лыжи принадлежали погибшему, свидетельствует протокол их опознания 18 января 1994 года отцом погибшего.
Об этом также свидетельствует заключение дактилоскопической экспертизы от 27 февраля 1989 года, где указано следующее:
”… На поверхности лыж, представленных на исследование, имеются три следа пальцев рук, пригодные для идентификации оставившего их человека.
След, помеченный № 1, оставлен средним пальцем правой руки погибшего".
Помимо приведенных доказательств виновность Ряховского подтверждается заключениями различных экспертиз, проводивших исследование вещественных доказательств.
Так, при судебно-медицинских исследованиях трупа обнаружены следующие повреждения:
— поперечная линейная резаная рана на передней поверхности шеи в верхней части с пересечением подлежащих мышц, не проникающая в полость трахеи;