Он встал навстречу, раскрыл ладони – жест доверия. Ну-ну.
- Мистер Треш, – произнёс он, сканируя мой нейро-ID. – Рады снова вас видеть. Что за чудесный вечер, не правда ли?
- Будет чудесным, если вы без бюрократии примете перевод и засунете его туда, где его никто не утащит, – пробурчал в ответ.
– Разумеется, – профессионально заулыбался он. – Нам поступил запрос по вашей линии управления активами. Полмиллиона. Хотите распределить по текущей стратегии или внести изменения?
Сел. Глубоко выдохнул.
Мозг всё ещё пытался рисовать маршруты обхода систем безопасности банка.
А я просто хотел отдать деньги и свалить.
Вот она, сверхспособность в действии. Хотел – как лучше. Получил – вместе с багами.
- Давайте что-нибудь более рискованное, – выдал ему в ответ неожиданно даже для себя.
Он не моргнул. Только слегка кивнул, будто именно этого и ждал.
- Разумеется, мистер Треш. – И мгновенно перед глазами возникла голограмма: разноцветные графики, слоты активов, полосы волатильности, процентные дельты. – У нас есть несколько структурированных портфелей на базе искусственного интеллекта с агрессивным поведением. Доходность потенциально выше, но и уровень риска, разумеется, соответствует.
Я пока просто смотрел, как цифры и линии, пляшущие перед глазами, и тут началось.
Полилось. В самом прямом смысле.
Сначала это было просто ощущение, что понимаю, что мне показывают.
Потом – вижу сквозь это.
И наконец – вычисляю быстрее, чем они.
Пульс подскочил.
Каждая колонка в голограмме больше не была просто столбиком с числом. Потому что чувствовал, как повлияет на него очередная сессия торгов, как изменится к утру азиатский индекс, как поведёт себя крипта, если Иллон снова откроет рот в своём старом-добром твиттере.
Клянусь, вообще не знал этих терминов. Но они всплывали. Прямо в сознании. С формулами. С логикой. С расчетами.
- У вас…, – начал было консультант, но я его перебил.
- Покажите третий слот слева. "Агрессивный чёрный дельта с блокчейн-хеджированием", – ткнул пальцем в воздух, и график тут же выдвинулся ближе.
- Удивительный выбор, – почти прошептал он. – Её чаще выбирают институциональные фонды, так как вход выше среднего…
- Уровень входа меня не интересует, – произнёс спокойно в ответ. – Распределите сто пятьдесят в него, двести – в портфель с динамической защитой на падении рынка, остальное размажьте по краткосрочным опционам, но только тем, что торгуются не в Штатах.
Он замер.
И я понял – что в шоке не один здесь в комнате.
Потому что, по факту, сам не знал, откуда это взялось. Но это за меня. А каково ему-то понимать, что стул с ним заговорил.
- Разрешите уточнить…, – начал он.
– Не надо. Подтверждайте перевод, зафиксируйте позиции, пришлите мне отчёт с доступом к ручной корректировке.
Он отвёл взгляд, что-то прошептал в личный интерфейс, и буквально через пару секунд над столом промелькнул зелёный маркер подтверждения.
В это время сидел и чувствовал, как в голове выстраивается финансовая карта мира. Связи, потоки, уязвимости. Как будто мозг подсосался к магистральной шине фондового рынка. Чушь какая-то… ведь правда?
Вот тебе и способности.
Ремонтировать, оживлять, чинить.
И походу – не только железо. Или всё же это что-то другое?
А планы были простые: закинуть бабло, съесть рамен, вернуться к себе в мастерскую и зарыться в запчасти.
Теперь же всё менялось. Не потому что хотел. Потому что внутри что-то уже выбрало путь.
***
Офис ФБР. Лос-Анджелес. Внутренний отдел по контролю за аномальными инцидентами.
- У нас ЧП, – сухо бросил агент в чёрном пиджаке, захлопнув планшет и входя в конференц-зал, где уже собрались оперативники и аналитики. На экране висела проекция логотипа Morgan Stanley.
- Что случилось? – поднял голову заместитель главы отдела, подполковник Меррил.
- Банк. Morgan Stanley. Лос-Анджелесский узел.
- Банк? – переспросили вразнобой трое из присутствующих.
- Хранилище. Вынесли, – отчеканил агент. – Не всё, к счастью, но часть особо чувствительных активов.
- Погодите… – нахмурилась капитан Харди, отвечающая за взаимодействие с финансовым сектором. – Это же… один из самых защищённых объектов в округе. Шестой уровень допуска. Там защита на ядерную атаку рассчитана, а не на обычное проникновение.
- Да. И в том-то и дело, – агент сжал пальцы в замок и поставил локти на стол. – Его никто не вскрывал. Его открыли.