- Мне показалось, какая глупость, что это твой дневник, - смущенно, но с легким смешком промолвила Анна, надеясь, что это сгладит напряжение.
- Я бы не смог написать такое, но скажи: красиво же все там описано?
Анна попыталась ухмыльнуться, но её взгляд был полон перемешанных эмоций. Она направила свои мысли к деталям, которые успела прочитать. В её сознании всплыли зловещие строки: стейк из девушки.
- Я только успела прочитать про стейк из девушки, - прошептала она с неохотой.
Семен, казалось, наслаждался каждой её реакцией. Он склонился к ней ближе, наклонив голову так, чтобы их глаза были на одном уровне.
- Если есть желание, то можешь на сегодня взять её почитать в свободное время, - его голос был глубоким, обволакивающим, словно сладкий яд, который просачивался в её сознание, вызывая смешанные чувства ужаса и притягательной силы.
Анна замерла, размышляя над его словами, её мысли вращались вокруг этой странной книги и их возможного толкования. И не могла избавиться от странного ощущения, что эта книга хранит не только мрачные секреты прошлого, но и зловещие предзнаменования того, что может произойти в будущем.
- Бери книгу и пошли завтракать, что стоишь? Или ты думаешь, что я тебе сейчас подам стейк из предыдущей девушки, а вечером замариную твое восхитительное тельце? – он язвительно насмехался над страхом Анны.
- Все! Я поняла, что это не твой дневник. Надеюсь, что малина – это малина.
- А геркулес – это не имя моего соседа, - Семен приобнял Анну и повел ее на кухню, прихватив с собой дневник.
Анна взяв ложку, чтоб позавтракать, открыла дневник и продолжила увлеченно читать рассказ маньяка. «Человеческий жир не был пригоден для жарки мясо на сковороде. Тогда приходилось извращаться и обжаривать мясо на свином жире, реже на утином. Мама говорила, что растительное масло – это смерть миллионов будущих растений. Так, что смерть одного человека в месяц был гуманен, чем убийство миллионов растений, но Сталин не согласился бы с высказыванием мамы.
Идеально приготовленное мясо – это стейк на открытом огне, но и здесь была большая загвоздка – дожди Петербурге не переставал литься. Даже люди тут не загорали, а ржавели. Но в редкие моменты я выбирался к мангалу с стейком стриплойн и тремя любимыми ингредиентами: соль, перец и топленный человеческий жир.
Я брал еще теплый кусок мясо, обмазывал маслом и кидал его на решетку раскаленного мангала. Полторы минуты с одной стороны, полторы минуты с другой стороны, выложить стейк на фольгу и обильно посыпать солью и перцем. Дать мясу отдохнуть минут так десять, а пока, спускаешь в подпол за настойкой на ушах Валентины.
Под апперитивчик и под редкую, но очень хорошую погодку, стейк с прожаркой medium rare поглощался с неизгладимым восторгом».
- Я в шоке от написанного, - Анна не могла оторваться от чтива.
- О, это текст гораздо глубже, чем кажется на первый взгляд. Автор как раз и хотел нас всех немного встряхнуть. Видишь ли, в этом рассказе скрывается куча смыслов.
- Мне кажется, что он голодал в этот момент и описывал свои извращенные фантазии. А может он был блокадником…
- Не! Ну, во-первых, использование человеческого жира для приготовления пищи – это некий символ аморальности и извращенности. Автор хочет показать, как далеко может зайти человек, когда стираются моральные нормы. Это как прикосновение к самой глубокой тьме души, понимаешь?
- А что же со сравнение?! Убийства человека и миллионов растений? – она не могла понять смысл кровожадности автора.
- Вот этот момент особенно важен.- Его глаза сверкают от возбуждения, а голос льется как шелк. - Автор провоцирует нас задуматься о ценности жизни. Сравнение с растениями вроде бы абсурдное, но оно подчеркивает философскую дилемму: насколько ценна жизнь одного человека по сравнению со множеством других существ? А упоминание Сталина добавляет исторический контекст, оспаривая модель мышления, где личное мнение противопоставляется государственной идеологии. Это как сладкий яд, проникающий в наши мысли. - Своим чарующим голосом он продолжал, затягивая ее дальше в лабиринт мыслей. - Питерская погода – это метафора для внутреннего состояния героя. Непрекращающиеся дожди символизируют непрерывное угнетение и серость жизни, словно капли дождя мокрые поцелуи на коже. Автор хотел показать, что герой буквально ржавеет в своей моральной деградации, блюдо своеобразного декаданса.