– Ты голодная? – его голос прозвучал грубым и властным, когда он начал расстегивать ширинку.
Анна поняла его намек, и это было ей на руку. Медленно, но решительно она красилась к нему, несмотря на внутреннюю отвращение. Но эта роль была её защитой, её картой мщения, которую она держала наготове. Её голос приглушенно воспринимал комплименты, казавшиеся ложными, но необходимые для её игры.
– О, Семен, какой у тебя красивый причендал, – прошептала она, словесно облизывая его эго. – Так бы и съела его.
Семен откинулся на стул, наслаждаясь полнотой своей власти над ней. Она была его куклой, его жертвой, и он мог сделать с ней что угодно. В его извращённом сознании даже убийство казалось ему безнаказанным, ведь кто станет искать такую никчёмную и ничтожную фигуру, как Анна? Она подчинялась, делая всё, что он приказал, и терпела, когда он резко ударил её по затылку, чтобы она взяла глубже. Терпела, сжимала губы, чтобы не издать звука боли, но в её глазах был огонь. Тот огонь, который питался жаждой мщения, сладкой и жестокой.
Момент настал, когда она смогла убедить Семена в своей полной покорности. Он был расслаблен, уверен в своём контроле. Анна перебрала в памяти все обиды и унижения, всплывшие речными потоками в её сознании. Жажда мести окрасила её видение в красные тона, момент истины приближался.
И вот, когда её губы нежно касались его причиндала, она вдруг вздрогнула, как зверь, зажатый в угол, и намерилась сделать необратимый шаг. Но в последний момент она выжидала, её разум искал момент, который станет для Семена непростительным.
– Хочешь ещё? – его голос был самодоволен и напыщен.
Анна кивнула, не отпуская взгляда завороженной жертвы. В её глазах засветился опасный блеск.
Адреналин заполнил её тело, наполняя его силой и решимостью. Она знала, что скоро наступит момент, когда её шансы и его доверие сойдутся в одну точку. И эта точка станет его концом. В этот момент Анна решилась. Она сначала легонько прикусила его, словно дразня, но потом со всей яростью и решимостью вгрызлась в него. Семен от боли не смог произнести ни слова, его сознанию пока не удавалось расшифровать, что происходит. Он думал, что это какая-то новая игра, что она его пробует на вкус, но когда боль стала невыносимой, он попытался встать. Однако не мог. Он видел, как из ее рта потекла кровь. Семен замер в ужасе, адреналин пребивал волнами в его теле. Он начал бить её по голове, стараясь освободиться от её хватки.
Анне было больно, очень больно. Но эта боль лишь подстегнула её желание мести. Она вскочила, её лицо было оскалено и залито кровью.
– Ты сошла с ума! – выдохнул Семен, едва не теряя сознание от боли и страха.
– Нет, – прошипела Анна, её голос был наполнен ненавистью и решимостью. – "Это ты довёл себя до этого!"
Она схватила нож, лежавший на кухонном столе, и одним прыжком бросилась на него. Он успел чудом парировать её первый удар, оттолкнув её руку.
– Получай и за всё, что ты сделал! – кричала Анна, её глаза горели яростью.
Семен понимал, что он не сможет с ней справиться в прямой схватке. Страх нагнетал туман в его сознании, и он решил: нужно бежать. Пытаясь скрыться, он повернулся к ней спиной, но в этот же момент почувствовал острый жар и жгучую боль в спине. Его ноги подкосились, и он упал на одно колено.
– Нет... – едва слышно выдохнул он, но его голос уже был слаб, как шепот ветра.
Анна, охваченная безумием мщения и адреналином, продолжала вонзать нож в его спину снова и снова. Каждый удар был как судорога ярости, каждый рывок ножа – её собственное освобождение от всех страданий, что он ей причинил.
Семен уже не мог посчитать количество ударов. Его тело служило ей мишенью, всё внимание Анны было сосредоточено на точности и силе каждого движения. Его сознание медленно угасало, лишённое последних капель жизни.
– Я сказала, что месть будет сладкой, – прошептала она ему в ухо, прислушиваясь к последнему вздоху своего мучителя.
– Что ты несешь, – молил он ее. – Бери, что хочешь.
– Я пришла за тобой.
Анна занесла нож над Семеном, её рука дрожала от адреналина и страсти, распалённой жаждой мщения. Она видела в его глазах страх и ужас, видела, как он ощущает приближение смерти.
– Не думал же ты, что всё закончится так? – её голос был хриплым, но наполненным наслаждением.