- Тоже случайно набрел. – Улыбаясь, проговорил Никита, расстилая покрывало.
Я положила рядом корзинку и уселась на ткань.
- Иди ко мне. – Он притянул меня к себе и начал отчаянно целовать.
- Подожди. – Смогла вставить я в перерыве.
- Не могу, я соскучился.
После этих слов я засмеялась и обняла его. Я уже лежала, а он накрыл меня собой. Всячески стараясь контролировать свои желания, отвечала на его поцелуи не менее страстно. Меня уже не волновало возможное присутствие людей. Хоть место и было безлюдным, на свои владения кто-нибудь мог и забрести. Однако окружающие волновали меньше всего. Лишь отдаленно я услышала, как пиликнул сигнал телефона. Голова шла кругом. Надо было отстраниться, сделать, хотя бы небольшую паузу. Отдышаться.
- Никита, я сейчас сознание потеряю. – Улыбаясь, проговорила я тихо.
- Хорошо. Мы же все-таки хотели устроить пикник. - Кивнул Никита. - Но я не могу тебя не целовать.
- Я тоже хочу прикасаться к тебе каждую секунду, но и разговаривать с тобой я хочу не меньше. Мне очень нравиться тебя слушать.
Мы сменили лежачее положение на сидячее, а я воспользовалась паузой, во время которой Никита жадно пил из бутылки воду, и достала телефон. Папа написал сообщение, чтобы я позвонила, как только проснусь. Мне стало тревожно, но звонить в такую рань не хотелось. Он знал, как сильно я люблю понежиться в кровати, и даже экскурсионная поездка, в которую, я якобы отправилась, не могла изменить меня до такой степени. Да и при Никите я звонить не хотела. Часы показывали семь утра, поэтому, решив, дождаться девяти, я отложила телефон в сторону и посмотрела на Никиту. На секунду мне показалось, что он задумался о чем-то, глядя на меня. Вроде смотрел, но не видел. Я махнула рукой перед его глазами и улыбнулась.
- О чем задумался?
- Обычно я не очень разговорчив. – Вдруг произнес он, отвечая на мою предыдущую реплику. – Что-то срочное?
- Что? – Совсем не поняла я о чем Никита спрашивает.
- В телефоне. – Кивнул головой на мобильный.
- А, нет. – Махнула я рукой, хотя на самом деле, не будь его рядом, уже звонила бы отцу. – Папа написал, ждет звонка.
Никита понимающе кивнул, но взгляд так и остался отрешенным.
- Что-то не так? – забеспокоилась я и накрыла его руку своей.
Он будто очнулся.
- Вовсе нет. – Его улыбка казалась слегка вымученной. – Просто задумался. Может стоит позвонить ему, раз он написал в такую рань?
Я сомневалась. Конечно же, столь неожиданное сообщение не могло не встревожить. Однако случись что-нибудь серьезное, папа не постеснялся бы об этом написать. Или не решился бы? Я и сама толком не понимала, почему не звоню.
- Попозже. – Просто сказала я и замолчала.
Стало не по себе. Я словно ощутила изменившееся настроение Никиты. Оно незаметно просочилось сквозь кожу, заставляя внутренности неприятно сжиматься и скукоживаться. Захотелось спрятаться. Перестать дышать. Чтобы никто не видел и не слышал. Что это за ощущения? Какова причина их появления?
Видимо, скрыть свои чувства у меня не получилось, потому что Никита встрепенулся и придвинулся ко мне поближе.
- Зайка, что с тобой? Я тебя расстроил? Прости, я не хотел ничего подобного. Всего лишь на минутку мыслями улетел отсюда, даже не смей принимать на свой счет. Или что ты там надумала себе?!
Он крепко прижал меня к себе и это помогло. Подействовало, словно подзарядка положительными эмоциями. Отведенное для пикника время мы разговаривали о пустяках и не только. Никита был достаточно разговорчив, пытаясь стереть этот минутный эпизод из нашего отдыха. Я не сразу отогнала прочь свои мысли, но в конечном итоге он вновь заставил мое сердце учащенно биться от близости к нему. Корзину с продуктами мы не опустошили, мне кусок в горло не лез, а Никита лишь поддержал меня, сказав, что не хочет есть в одиночестве. Поэтому домой мы возвращались не только с грузом в руках, но и в душе. По крайней мере, в моей.
Будучи уже дома, я пыталась разложить по местам не съеденные продукты, одновременно набирая папу.
- Дааа…- Услышала я протяжное в трубке. И сразу поняла, по его мурлыкающему тону, что дело у него вовсе не срочное.