Глава 19.
В сам салон не заходила. Подышать воздухом, насладиться лучами солнца. А может просто, наконец, побыть одной. Никиты рядом не было, а я будто вдохнула впервые полной грудью. Может просто гнетущее настроение и все утрирую? Домой хочу. На работу выйти. Хотя теперь даже не знаю, как работать с гипсом. Продуктивность упадет в два раза. Печатать на клавиатуре одной рукой то еще удовольствие. Больничный возьму! Пошли они все. Дома забьюсь в углу и буду ждать, когда отпустит.
Разглядывая гуляющих и окружение, не сразу заметила, как возле меня остановился автомобиль.
- Зайка.
Внутренне сжалась от этого прозвища, но постаралась улыбнуться. Никита сидел за рулем какой-то явно крутой тачки, но я в них ничего не понимала, поэтому просто распахнула дверцу и села рядом. Вылизанная до блеска, что от капота лучи отражались в разные стороны, машина взревела мотором и Никита, ловко крутя руль, куда-то помчал. От неожиданности вцепилась в ремень безопасности, и в ручку дверцы. Маневрируя среди других машин, проехал ровно три минуты и припарковался на закрытой стоянке торгового центра. Снова платье покупать?
Но не успела я и мысль додумать, как все стекла были подняты, погружая нас почти в кромешную темноту из-за тонировки. Мое сиденье начало принимать горизонтальное положение, а Никита уже отстегнул ремни безопасности. Приподнявшись на локтях, встретилась с ним взглядом и поняла, что мне не отвертеться. Так серьезно он был настроен только вчера…после клуба. Внутренне сжавшись в комок, зажмурилась, надеясь, что меня скроет темнота салона и нависшая надо мной его собственная тень. Однако у Никиты были свои планы, которые не сразу до меня дошли. Обхватив меня за подмышки, подтянул вверх и переместил на заднее сиденье. Сам расположился на моем лежачем и уже начал лихорадочно расстегивать мои джинсы. С гипсом на руке движения ограничены, но он и сам прекрасно справлялся. Лишь слегка приподняв таз, уже лежала перед ним без штанов и нижнего белья. Дыхание перехватило, когда он сжал внутреннюю часть бедра. Его ладони жадно блуждали вдоль голых ног, словно изголодались по моему телу. Приподнял футболку, поцеловал живот, но будто спохватился и задрал до шеи, припадая к лифчику.
- Никита… Не надо…
Но он уже не слышал. Стянул вниз чашечки, освобождая соски и втянул один в рот. Я захлебнулась стоном, не ожидая такой реакции от своего тела. Ведь вчера… После того как… Слова уже не складывались в предложения. Все темнело в голове, погружая во мрак вожделения и разврата. Его неудержимый язык двигался вдоль тела, приближаясь к самой многострадальной части меня. Максимально раздвигая мои колени, вызвал резкий вдох. А когда горячее дыхание коснулось клитора, я судорожно выдохнула.
- Наташа… Ты моя! – Облизывая складки, шептал Никита. – Только моя.
Я почти рыдала, от борьбы разума и полового влечения. Или от неземных ласк. А может от протеста, вновь принадлежать ему. Я путалась в собственных показаниях. Не могла совладать с влечением к нему, но и не собиралась так легко прощать. Но то, что он со мной делал, никак не вписывалось в мои планы. Он стирал все запреты. Все ярлыки, которые я уже начала навешивать на него. Он сводил с ума.
- Я тебя не отпущу. Слышишь? – Вновь его шепот разбавил шум моих стонов. – Ты – моя жизнь.
- Это слишком… - Но он сжал мои соски и я сразу же прогнулась в спине, пронзенная мощнейшим оргазмом, будто воздерживалась не меньше месяца.
Пронзительно закричав, даже не подумала, что нас могут услышать. Охваченная спазмами, почувствовала, как Никита поднимается, закидывает мою руку себе на плечо и начинает жадно целовать ключицы, шею, подбородок, губы.
- Прости меня! Я очень тебя хочу. Я сейчас взорвусь.
Мой разум расплавился до состояния медузы. Что-то слизкое, холодное, но пытающееся бить током. Я не понимала, как реагировать и решила просто поддаться. В конце концов, разве я уже не распластана перед ним абсолютно голая? Даже не знаю, где мои вещи. С гипсом сопротивляться тоже не удобно. И я совершенно не знаю, как он отреагирует, если откажу сейчас. Узнавать не хотелось.
Освободив уже готовый ко всему член, провел им по клитору. Я задрожала. Толи от ощущений, толи от предчувствия боли.
- Такая красивая. – Все еще не торопясь вонзиться в меня, шептал он.
Потом наклонился и полизал соски. Потом поцеловал в губы.