«Ты издеваешься?» - пришел ответ, и я снова задумалась. Может перепутала вопрос?
«В смысле? Отвечаю на твое последнее сообщение»
«Прочти, что было последним!»
«У меня удалился чат»
Понимала, что звучит странно, но не смогла признаться в близости с человеком, который решил, что имеет права распоряжаться моей соцсетью.
«Тебя взломали?»
«Что-то вроде того»
«Смени пароль!»
А после этого она прислала фотографии, точнее скрины нашего с ней чата, но не успела я их открыть, как в комнату зашел Никита. Он почти мгновенно подошел ко мне и выхватил телефон. В следующую секунду швырнул его на стол, а меня поднял на руки. Прикоснулся губами к моим и двинулся в сторону кровати.
- Я уже соскучился.
А я будто язык проглотила. Совершенно ничего не понимала. И главное, не понимала, что испытываю сейчас? Меня дробили на части. Цельная была до приезда сюда, а теперь, будто обломки пытаюсь собрать воедино. Может, это итог выхода из зоны комфорта? Я окунулась в отношения, в которых с института не была и мне надо учиться приспосабливаться? Привычка жить в налаженном своем ритме отозвалась на перемены раздором моего «я»? Или все из-за этих отношений? Странных. Иногда гнетущих, а иногда возвышенных. Будто качели, сначала вверх, потом вниз. И каждый раз резко, со свистом, не дав времени свыкнуться с изменением положения.
Никита безудержно впивался в кожу, как вампир, изголодавшийся по человеческой пище. У меня перехватывало дыхание от его поцелуев. Как можно разобраться в себе, если рядом с ним себя же и теряю? Почему тело так вероломно предает разум? Никак не собрать внутренний раздрай в кучу. Руки обвили его шею, а внизу живота снова сгущается возбуждение. Скручиваясь в тугой комок, требующее разрядки и опасающегося очередной порции боли. Противоречия разрывали. Я хотела, и боялась. Любила и ненавидела. Но что точно не могла себе позволить, так это простить. И от этой мысли решила отталкиваться. Ночь, которую я проживу, либо в муках, либо в наслаждении, будет последней.
Постепенно снимая с меня остатки одежды, Никита, не переставая гладил, ласкал, целовал, стараясь завести меня до исступления.
- Зайка моя…Люблю тебя больше жизни. Не могу больше сдерживаться.
Приподнял меня с кровати, и усадил на себя сверху. Наши лица оказались друг напротив друга. Его глаза, темные от желания, заглядывали в душу. Приоткрытые губы манили впиться в них не поцелуем, а зубами. По слегка впалым щекам хотелось влепить пощечину, а в широкую шею с подрагивающим кадыком впиться ногтями. Эти садистские замашки испугали в первую секунду, но как только Никита насадил меня на свой горячий, готовый член, часть желаний я воплотила в жизнь. Было слишком резко, слишком глубоко, но боль была не такой пронзительной, возможно, помогли таблетки, а может, потому что это уже третий наш раз. В любом случае, наслаждения не испытывала, но и желания умереть не возникло. Царапая его плечи, хватая за волосы, подстраивалась под толчки. Его пальцы впивались в ягодицы, помогая ускоренно нанизывать мой таз. Разрядка Никиты была быстрой, а главное, не в меня. Но, успев слезть с него и отодвинуться, ощутила прыснувшие струи у себя на животе. Он тяжело дышал, глядя на то, как кончает, пока не упала последняя капля на его бедро. Провел пальцами по белой жидкости, собрал часть и провел ею по моим губам. Я дернулась, отстраняясь, но он крепко держал меня за талия, прижимая к себе.
- Открой рот… - Прошептал в шею.
Я зажмурилась и приоткрыла губы. Уже холодная, вязкая субстанция оказалась у меня на языке.
- Оближи пальцы.
Обхватив их губами, все слизала.
Борясь с рвотным позывом, не открывая глаз быстро все проглотила.
- Такая послушная девочка. – Поцеловав в губы, промурлыкал Никита.
А я, решив, что все закончилось, хотела уже слезть с него, но он не позволил.
- Твоя покорность снова меня возбудила. – Улыбнулся, желая, наверное, и у меня вызвать улыбку, но ее не было.
- Мне нужна передышка. – Спокойно проговорила в ответ.
- Так и быть, только не одевайся и не стирай меня с себя.
Я сдержалась, чтобы не поморщиться, лишь кивнула. Поднялась с кровати и хотела взять телефон, чтобы посмотреть на Катино сообщение. Но Никита схватил за руку и потянул к себе.