- Вторая волна началась! – видимо капитан первой роты был главным среди трёх оставшихся неписей десятого уровня, так как именно их командир взял слово. – Мы будем защищать западную стену, откуда наносится основной удар. Позиции на стене совместно с подопечными магистра Артуриса занимает первая рота. В случае прорыва врага на стены или в город им на помощь выдвигается вторая рота и прикрывает отступление. – Среди игроков поднялся возмущённый ропот. Им обещали другое.
– Вы, трусливые недоноски, всё ещё бессмертны на стене! Но, если кто-то не хочет защищать свою жизнь с оружием в руках, а предпочитает сдохнуть в подворотне как трус, то он может прямо сейчас выйти из строя. Даю слово чести, я никого не буду держать, но когда отродья возьмут стены и начнут пожирать вас заживо на улицах и в подвалах…А плевать! Кто не хочет сражаться на стене, выйти из строя!
Разумеется после такой подачи никто не осмелился покинуть ряды добровольцев.
- Возможно вы не так безнадёжны… - Сказав это нарочито тихо, как буд-то для себя, а не для собравшихся, капитан продолжил свою речь с того где остановился. - Итак Первая рота отходит на позиции, удерживаемые третьей ротой, и ждёт, пока настоящие воины ликвидируют прорыв, затем возвращается на исходные позиции. Внимательно слушайте приказы своих десятников и чётко выполняйте их, если нет вопросов, выдвигаемся.
Почти три сотни игроков быстрым шагом двигались по улицам Мевина, а за их спинами, обещая долгий жаркий день, из-за горизонта медленно поднимался ярко алый диск.
[1] Игрокам доступен только класс жрец, жрецы в храмах – профессия исключительно для НПС.
[2] Если игрок систематически использует навык на профессиональном уровне, игра открывает его автоматически делая корневым. Самостоятельно открытые навыки – показатель профессионализма.
[3] Мили они же милишники – воины ближнего боя.
Глава 11. Преимущество высоты.
Нападение уже началось. К счастью, Мевин осаждала не разумная армия, а полчище обезумевших монстров. За исключением «волн», отродья не связываются с противником, сильно превосходящим по силе, тем более прячущимся за укреплениями. Сегодня же их на убой гнал сценарий события.
Магические силы города успели прибыть раньше стражи и ополчения. По стенам уже рассредоточились бойцы мантии и посоха, и отовсюду слышались окрики старших: «стоп АОЕ, беречь ману», «по фокусу работать, по фокусу». И если у ополченцев все десятники были НПС, то магами командовали такие же игроки.
Сам магистр Артурис с другими высокоуровневыми НПС стоял в сторонке и что-то говорил людям, склонившимся над маленьким походным столиком с картой. Простенькая серая мантия сильнейшего человека в городе с парой серебристых аппликаций выглядела весьма скромно на фоне дорогих лат других членов совета и просто влиятельных граждан. Единственное что говорило о том, что мантия чародея не так проста, это металлический отблеск подкладки. А ведь из-за низкой грузоподъёмности магам очень тяжело носить доспехи, даже кожаные.
Все собравшиеся обладали одиннадцатым уровнем, а маг, как главный в городе на данный момент, был двенадцатого. Бродяги, проходившие мимо были поражены не количеством высокоуровневых неписей в одном месте, а телохранителями магистра. И если танк и маг, одетые в топовую экипировку, вызывали скорее зависть, то девушка в облегающих кожаных доспехах с тонким мечом и кинжалом вводила в ступор надписью: «Секретарь Председателя Совета Мевина ур.11»[1].
Будь она НПС никто бы не обратил внимания, но многие игроки знали её лично. Эгида стала одной из первых игроков, кого приметил и забрал себе Саэль Артурис, тогда ещё просто Глава городской магической гильдии, ныне же председатель городского совета. Уже через несколько секунд коллективного перешёптывания люди пришли к выводу, что дополнительный уровень она получила вместе с официальным статусом, но это считалось не возможным до сих пор.
Перейти к обсуждению вопроса «как?» ополченцам не дал громкий приказ выдвигаться на позиции. Но то, что новость об открытии оверкапа для игроков станет главной после осады не вызывало сомнений. И мало кто обратил внимания, как резко поднялся градус спора среди руководства, когда к дискуссии присоединился капитан Марель.