Помня как подобным приёмом его убил стенолом (не случайно у них похожая анатомия задних конечностей), Карх не стал уходить в сторону, а распластался по земле. Точно так же начиналась его первая встреча с той рогатой тварью…
Промахнувшись хоппер не сложил сустав для нового мощного прыжка, а не теряя времени развернулся и снова напал. На выпрямленных ногах его размер превысил три метра, дав двукратное преимущество в росте над противником. Огромный монстр, нависая над своей жертвой непрерывно атаковал, заставляя её постоянно отступать и уворачиваться. Лишь нечастые контратаки говорили о том, что гоблин не сдался. Так это могло выглядеть со стороны, однако опытный воин с первого взгляда понял бы за кем на самом деле преимущество в данный момент.
Уже через две минуты Карх уверенно читал движения гигантского насекомоподобного. Скорость восприятия у обоих была приблизительно одинаковой, однако быстроту атак отродья нивелировала их простота и прямолинейность. Выяснилось, что в его арсенале лишь колющие удары. При налёте с воздуха или придав ускорение задними лапами это создавало смертельно опасную комбинацию. Вот только в тесном контакте длинна конечностей и огромный замах для укола работали на противника.
Поначалу Карх никак не мог поверить в неуклюжесть хоппера и постоянно ожидал от того какой-нибудь хитрости или уловки (крюк на левой руке тот так и не пустил в ход). Лишь изредка гоблин пользовался возможностью для контратаки, считая всё это западнёй. Когда он всё-таки наносил удары, то метил в маленький зазор между хитиновыми пластинами, прикрывающими сочленение бедра с туловищем. За три попадания он нанёс всего лишь шестнадцать единиц урона.
Крюк хоппер вскоре использовал так же топорно и бездарно. Уклоняясь Карх сделал задний кульбит, причём от земли он отталкивался одной правой рукой с зажатым ножом. Левой он контратаковал своим. Зацепив лапу твари, он дёрнул крюк на себя и почувствовал, что не может его даже сдвинуть. Он чуть сам не потерял равновесие – сказалась разница весовых категорий. Вместо того, чтобы завалить противника гоблин дополнительно оттолкнулся от земли и притянулся к нему нанося удар всё в то же место куда бил и раньше, только теперь он вложил и собственный вес навалившись на рукоять.
Смотреть логи было не обязательно – о критическом уроне говорил высокий оглушающему визг отродья. Согнув колени хоппер наконец разорвал дистанцию, точнее попытался: во-первых, прыжок получился едва ли на четыре метра, а во-вторых, приземление больше напоминало падение – раненая конечность не выдержала, и монстр заваливаясь набок покатился по земле. В это время боковым зрением Карх заметил трёх змееголовых, к счастью все они спешили к нему игнорируя работающего в пещере полурослика. Мгновения хватило для принятия решения. Во что бы то ни стало добить подранка. Если его свяжут боем крылатый убийца сможет реализовать все свои преимущества.
Преодолев в три прыжка расстояние до цели, гоблин атаковал уже не думая о защите. Левый бок пронзила боль, зато ему удалось помешать врагу встать и придавить его левую лапу. Сцепившись они кололи друг друга на перегонки. Карх в голову, хоппер в левое плечо. Получив ещё первый удар, гоблин перехватил нож в правую руку, а левой прикрыл голову и туловище.
Выносливости хватило чтобы добить хоппера. Давно Карх не тратил её так быстро, в глазах на мгновение потемнело. Из обморока его выдернула обжигающая боль на спине. Сил уклониться от плевка просто не было. ОЗ осталось меньше половины и терять даже единицы сейчас было непростительной роскошью.
Рванувшись навстречу ближайшей змееголовой твари Карх выбирал позицию, чтобы ни один враг не оказался в слепой зоне. Заодно тянул время. Для полного восстановления зелёной шкалы нужно шестьдесят семь секунд – смертельно долго.
Левая рука, вся израненная в бою с прошлым противником еле шевелится, но она ещё послужит своему владельцу. Взвыв от боли Карх сунул её в разинутую пасть, и, перехватив нож прямым хватом, вонзил его в шею монстра. Стиснув зубы, изо всех сил он потянул его вверх, вскрывая горло врага вдоль. Не понимая, что происходит безмозглая тварь до самой смерти грызла приманку стискивая челюсти. Ещё так пару тройку раз и левый наруч не придётся даже выкидывать – он сам развалится на руке.
Карх даже не успел обрадоваться, что высвободил руку из ослабевшей пасти, когда оставшиеся два отродья набросились на него. Левую ногу стиснула челюсть полная мелких и острых зубов и в то же самое время на правой руке повисло последнее отродье.