Люди подходили, оставляли подарки, тихо прощались с уходящими навсегда, и уступали место следующим.
Карх положил, на каждый алтарь по простому букету невзрачных лесных цветов, надеясь, что Вечная всё поймёт. Тела были закрыты, но он точно знал, где покоится его друг. Ему он припас небольшой цветок ярко красного цвета. Названия он не знал, но за три часа второго такого же в лесу не нашлось - значит он очень редкий и ценный.
Карх уже стоял в задних рядах и сами алтари видеть не мог, когда кто-то положил руку ему на плечо. Он мгновенно развернулся чтобы дать отпор, но перед ним стоял Каракурт, только очень печальный и серьёзный. Наваждение прошло: его товарищ погиб, а другой человек. Эфа жестом пригласил гоблина на улицу, и они стали продвигаться к выходу.
Мужчина и гоблин вышли из храма, но бард так и не сказал зачем его позвал. Вместо этого он достал трубку и несколько минут сосредоточенно набивал её табаком. Потом видимо вспомнил, что у него нечем добыть огонь, тихо выругался и отдал её гоблину.
- Как он погиб, ты видел? - Карх не очень понял зачем она ему, но подарок принял.
- Видел. Спасая нас. - Эфадин не пытался, отвязаться от назойливого собеседника шаблонной фразой, так само получилось. Поняв, что прозвучало грубо, он решил начать издалека. - Кто-то как всегда недооценили, не предусмотрели, не просчитали…реалистичность мать её…Что тут, что там люди одни и те же… - Бард снова несколько раз выругался и только потом продолжил рассказывать о вчерашних событиях. - Отродья взяли нас в клещи: один из этих таранов пробил стену, и туда хлынули змееголовые, а сверху насели хопперы. Борода спустился спасти нас с Юлькой, а потом сдерживал змееголовых. Один. Больше сотни тварей. До самого конца. Если бы хоть один прорвался ребятам в тыл, никто бы не выжил.
Мужчина поднял голову и посмотрел куда-то вдаль.
- Пожалуйста, больше не просите нас помогать. Юля хочет домой, ей тут больше не нравится.
Они стояли молча. Карх не знал, что спросить, а Эфадин сказал всё что хотел.
Бард ушёл, а гоблин вернулся в храм. Людей стало гораздо меньше, и он смог подойти ближе. Чуть в стороне от толпы стояли представители власти: комендант города тихо о чём-то беседовал с командиром ополченцев, а Эгида в строгом траурном платье стояла среди других глав гильдий. Погиб рейдер десятого уровня – это крупная утрата, значимое события для всего Мевина. Город стал намного слабее.
Прощальные дары от уважаемых жителей смотрелись внушительно на фоне скромных букетов простых людей. Теперь на каждом из тел лежало по десятку тех ярко красных цветов, причём гораздо большего размера; появились засахаренные экзотические фрукты и даже несколько украшений. В какой-то момент Карху стало любопытно, как огонь справится с таким количеством живых цветов и прочих не самых горючих вещей, тем более дров для погребальных костров он нигде так и не увидел.
Пока он ждал окончания в сторонке, в памяти сами собой всплыли слова Каракурта о том, что товарищей тяжело терять не в бою, а у себя на руках. И боль накрывает не сразу, а позже. Намного позже. Груз ответственности, что лежал на могучих плечах бородатого великана, теперь стал ношей для тех, кто ещё жив. Их бой всё ещё не закончен.
Скорее всего, поэтому он не чувствует сильной скорби; поэтому вместо грусти он испытывает любопытство; поэтому он не узнал даже имён других погибших. По крайней мере Карх надеялся, что только по этой причине.
Уже больше получаса в храм не заходило новых посетителей, и жрецы начали проводить обряд. Они по очереди подходили к погибшему и тихо шептали какие-то слова. Поначалу Карх подумал что это молитва, но каждый из них говорил что-то своё, касающиеся лично покойного, а затем вспыхивал бледный огонёк, который быстро разрастался и охватывал весь алтарь, а служитель храма переходил уже к следующему. Этот погребальный костёр не давал ни тепла, ни света, а от горы прощальных подарков и тел в считанные мгновения не оставалось ничего, даже пепла.
Мёртвым - Вечный сон, живым - память о них.
***
У людей есть понятие Пиррова победа, и оно как нельзя лучше описывает то, что произошло четырнадцать дней назад в маленьком посёлке недалеко от восточных шахт. И как бы ни была тяжела потеря - Мевин справился.