- Марин, это там не про Польку спрашивают? – раздалось из-за шелковых занавесок, разделяющих комнаты.
- Какой Польки? А бабки на отшибе что ли, той дикой? А она Варенцова разве была? - переспросила огромная женщина. Рядом с ней Шмак ощущал себя вполне обычным человеком, а не великаном.
Они проследовали в небольшую комнату, стены которой на одну половину были обвещены иконами, а на другую светхими коврами. В центре комнаты возвышалась старая каменная выбеленная печь. В углу на малюсеньком диванчике сидела такая же крохотная старушка.
- Польку мало кто помнит, она затворничала. Но я помню. Она как-то вон Маринку мою от смерти спасла, - бабуля кивнула на великана в обличье женщины, - сколько же ей было, чай не больше пяти годков. А тут её собаки покусали и знаешь по злому так! У девки жар был дня три, горела вся, а как на зло врач наш местный куда-то делся. Толи в запой ушел то ли сдох будь он не ладен, не припомню уже. Ну и пошла я на опушку Польку просить помочь. Пришла значит говорю, Полька спасай, издохнет девка! Та значит ни слова не спросив, траву тут же начала жечь, свечи ставила, причитала что-то. И глядишь на второе утро Маринка то моя ожила, забегала будто хвори и не бывало.
- Да что ты придумываешь то, не было такого, - сопротивлялась хозяйка Марина.
- Много ты помнишь, сикильдявкой была еще, куда упомнить, - не сдавалась старушка. - Она, Полька то значит, одна всегда жила. Ну понятно детки то были, девка была, но она как округлилась сразу в город смоталась. А мужик её бросил считай еще с малым ребенком. Говорят он по деревне распускал толки, что мол Полька ведьма была. Говорит и хворь любую может снять и сглаз ежели кто наведет в раз сымает. В общем, мужичонка после Польки по деревне послонялся то с одной бабой пожил, то с другой и нигде не пригодился. А потом и вовсе пропал да чай сдох наверно.
- Господи, все то у тебя издохли. Да вы не обращайте на неё внимания, ей дай волю она днями на пролёт может ересь нести, - махнула в сторону следователя хозяйка.
- Сама ты ересь, вымахала ремнем не обхватишь. Плетешь не весть что, - не унималась заметно оживившаяся бабулька, - издох мужичёк её, прокляла Полька его вот и окочурился. И правильно сделала! А Полька баба ладная была и видная, но не общительная. Слова из неё не вытянешь, и правильно. А то кто бывало начнет трещать слова нельзя вставить, а баба слушать должна уметь. Слушай милок, а ты огроменный такой на случай холостой поди? Маринка моя вон тоже без мужика, а детки выросли и в город смылись. Дети знаешь какие крепкие у неё? Макар один вон, жердь на ограде рукой перешибить может. Берет значит так и жах с маху и пополам. А Танюха наша…
Бабушка, что на счет Полины Варенцовой? - прервал её Шмак.
- А что она? Исдохла Полька она уже пол десятка лет как!
- Да это я понимаю. Что еще рассказать про нее можете? Или про внучку её вспомните? Приезжала к ней на лето.
- Помню, чёж не помнить. Девка юркая такая, деловая ужас! Маленькая совсем. Танюха вон наша раза в два её поболее была. Девка приезжала летом к ней. А Польке гляди всё повеселее с дней то было. Помогала та ей как могла. Нальёт ведро из колонки нашей, а донести сил то и не хватает. Рас плескает половину и глядишь тащит. Танька наша, та по два ведра носила.
- А дом их можете показать где? - снова вмешался следователь.
- Польки то дом? Да на околице он ступай из деревни к лесу и мимо не пройдешь. Чернявый такой дом как уголь. Где знахарка Полька живет кажный знал на деревне, да только ходить к ней попусту опасались. Коль сглаз на тебя наведёт сразу считай уж в могилу ложись. Сильная ведьма была! Аж из соседних подлесок к ней приезжали болячки заговаривать. Тьму народу сколько спасла. А других сглазила. Такая вот Полька была! Да исдохла уж годков двадцать как назад.
На этом Олег Маркович решил прервать разговор. Он поблагодарил хозяек и пошел на улицу. Перед тем как сесть в машину он обернулся на покинутый дом и увидел в одном окне Марину а в другом бабку, неотрывно наблюдающих за ним. Он ещё раз поклонился и поспешил удалиться на поиски черной избы.
Действительно, на приличном отдалении от деревни, почти на черте светлого соснового леса он увидел тот самый дом. Что-то внутри подсказывало ему, что это было самое энергетически правильное место в деревне. На минуту, он постоял у дома, и оглянувшись по сторонам ощутил душевное успокоение.
Сам дом выглядел давно и полностью заброшенным. Вряд ли нужно разрешение на проникновение в заброшку. В любом случае, времен у него не было. Следователь подергал ручку двери, но она не поддалась.