Через минуту сомнение все же догрызло её. Она набрала в поиске телефона, «полнолуния в двадцать четвертом году». В июле, полнолуние приходилось на тринадцатое число. То есть на сегодня. Алиса стала копаться в голове пыталась понять, что случилось. И кажется поняла. Двенадцатое июля день когда она должна была пойти на свидание и в памяти он отметился как значимый. Незаметно свои дела и планы Алиса подстроила именно под этот день и он каким то образом притянул к себе, слив в едино две соседние даты.
«Значит мне не показалось, что луна была неполной» - пронеслось в голове Алисы.
К тому времени Алиса находилась уже тридцать четыре часа без сна. Она поняла какую ошибку совершила, но винить кроме себя было некого. Алиса была настолько измотана физически и морально, что находилась почти на грани. По её щеке потекла слеза. Она ненавидела дурацкое свидание, свою забывчивость и даже поставила под сомнение то, насколько сильно её любила бабушка.
Наконец объявили об окончании совещания и все начали разбредаться по своим местам. По дороге домой Алиса высчитывала сколько часов она сможет украсть у этого дня на короткий пересып. Мысли путались, снова захотелось плакать.
Получалось, что если прейдя домой и сбросив одежду сразу проследовать в кровать у неё оставалось два с половиной часа на сон. Это определенно лучше чем ничего, но был еще один выход. Она могла просто пропустить это полнолуние. В конце - концов под ударом было её здоровье. Бабуля наверняка поняла бы её в такой непростой ситуации и не стала бы настаивать на обязательном выполнении своего обещания.
Вернувшись в свою крохотную однушку, Алиса сбросила сандалики и подошла к самому светлому зеркалу в ванной. По лицу было заметно, что ей уже не двадцать лет. Кожа осунулась, под глазами уютно устроились темные мешочки. Белок глаза рассекали множественные кровавые сосудики. Вид был ужасным. Плакать уже не было сил.
- Да гори оно огнем, здоровье дороже! – вслух вскричала Алиса.
Она смыла с глаз тушь, вытерла губы от помады и приступила к чистке зубов. Идею перекуса она даже не стала рассматривать. Алиса проследовала в комнату, сдернула покрывало и плюхнулась на кровать. По её телу разлилось благостное ощущение мышечного расслабления и она почувствовала себя по настоящему счастливой. Сон рекордными темпами затягивал её в свои объятья, но за мгновение до, Алиса вскочила и свесив ноги с кровати схватила телефон.
- Чтоб тебя бабушка, - прошептала она и завела будильник на без десяти двенадцать. Спать оставалось менее трех часов. Как Алиса оказалась под одеялом она уже не помнила. Блаженное ничто окутало её тело и разум.
Маленький человек
Виктор Степанович резко раскрыл глаза. Правой рукой он нащупал на прикроватной тумбочке очки, нацепил их и вгляделся в зеленый электронный циферблат часов. Десять минут второго ночи.
Кроме тусклых разноцветных свечений электронных приборов, свет в комнате отсутствовал. Тяжелые шторы на окнах были плотно сомкнуты. С недавних пор сон у Виктора Степановича совсем разладился. Ему могли мешать малейшие шорохи, звуки и другие мелкие раздражители. Помимо прочего, он мог несколько раз за ночь посетить уборную комнату. Состояние здоровья совсем не радовало его в последнее время. В свои пятьдесят восемь он ощущал себя глубоким стариком.
Присев на край кровати, он нащупал тапочки, залез в них и пошаркал в ванную комнату. Справив нужду, он вернулся на еще неостывшее спальное место. Накрывшись одеялом до подбородка он закрыл глаза.
- Цок, цок, цок, - настойчивый отрывистый звук неожиданно нарушил тишину комнаты.
Виктор Степанович чуть слышно вздохнул и вновь обувшись в тапочки направился обратно в ванную. С едва приоткрытыми глазами он поочередно прощупал вентили смесителя, подкручивая их. Вентили не сдвинулись ни на миллиметр. Мужчина неподвижно замер, пытаюсь на слух определить точнее расположение капающего звука. Тишина. Он вздохнул еще раз и поплелся в койку на ощупь, в полной темноте. Приняв лежащее положение, он снова прислушался.
С минуту было тихо, но после раздражающие звуки повторились. Они стали как будто даже громче и каждый «цок» заканчивался неприятным скрипом.
«Словно кошка скребётся, большая такая кошка» - уже в полудрёме подумал он.
В этот миг раздался резкий скрип двери на кухне. Виктор Степанович мог отличить этот звук из тысячи подобных, так как жил с ним ни один год. Он ни раз хотел смазать петли двери на кухне, но все как-то не доводилось. Заставить было некому, а сам он не часто ей пользовался по ночам.