Много можно перечислять эпизодов, в которых аргентинец демонстрировал поистине филигранное мастерство. Но из всех его мячей, забитых за первые два сезона в Италии, пожалуй, особняком стоит гол, проведенный на своем стадионе в игре против «Вероны», той самой «Вероны», что первой обидела Марадону, — помните 1:3? Прошел год, многое изменилось. «Наполи» в турнирной таблице стоял выше чемпиона и в данном матче хотел доказать, что такое положение закономерно. Забегая вперед, скажу, что доказал с лихвой. «Верона» была разгромлена со счетом 0:5.
Где-то в середине первого тайма, когда преимущество «Наполи» в счете было шатким, произошел этот, ставший теперь энциклопедическим, эпизод. Хозяева поля, отбив натиск гостей, завладели мячом. Марадона ленивой трусцой продвигался вперед, пересек среднюю линию, и в этот момент ему последовала передача. До ворот было метров сорок, пути к ним перекрывали защитники, и сама ситуация не таила в себе ни малейшего намека на опасное развитие атаки. Аргентинец имел массу логичных продолжений: поиграть с мячом в свое удовольствие, отдать пас назад, подождать подкрепления или, на худой конец, попытаться с помощью дриблинга прорваться в одиночку. Но Марадона, очевидно, видел, что все эти варианты пресны и, главное, неопасны для противоборствующей стороны. И еще кое-что увидел капитан «Наполи», пока мяч летел к нему: голкипера «Вероны» Джулиани, спокойно дежурившего у линии вратарской площадки. Остальное было делом техники. Высочайшей, разумеется. Приняв мяч, Марадона подбросил его перед собой, затем ударил... Что дело неладно, Джулиани понял тогда, когда мяч уже преодолел половину пути. Он попятился, побежал назад, прыгнул... Куда там! По крутой дуге мяч плавно спланировал под перекладину — в ту точку, которая вратарю была недоступной. Хорошо, что человечество изобрело телевидение. Благодаря ему тем же вечером каждый желающий мог раз двадцать по разным программам посмотреть на это творение Марадоны. Глаз не уставал. «Такое бывает раз в сто лет!» — восклицала наутро одна из газет. Кто знает, может быть, и чаще. Но спорить не хотелось.
Конечно, далеко не во всех матчах Диего удавались подобные фокусы. Ряд встреч он провел неровно и нервно. Однажды пришлось покинуть поле за грубую атаку соперника без мяча. Но уровень его игры вместе с крещендо всей команды вселял в болельщиков «Наполи» оптимизм. После восьмого места в предыдущем первенстве третье считалось не только достижением, но и плацдармом для последующего штурма футбольного Олимпа.
В местных тиффози тоже произошли изменения.
Они уже не ждали чуда от Святого Януария.
Они требовали от Марадоны и его товарищей первого скудетто. Хотя и сознавали, что дело это чертовски трудное.
ИГРОК И СРЕДА
Осень 1986 года была соткана для Марадоны из положительных эмоций. Триумф сборной Аргентины в Мексике во многом был связан с прекрасной игрой ее капитана, которого Неаполь, разочарованный бесцветным выступлением своей сборной, встретил громом фанфар. Правда, из-за океана Диего привез не только полную бочку меда, но и ложку дегтя: общее впечатление от игры аргентинца смазал, конечно, незабываемый гол в ворота англичан, после которого в ряде итальянских спортивных изданий появились язвительные сравнения: «Марадона — второй Пиола». Для того чтобы читателям стало ясно, о чем идет речь, позволю себе небольшое отступление.
В середине тридцатых годов в сборной Италии появился нападающий Сильвио Пиола — игрок необычайно одаренный, а главное, исправно делавший то, что полагается делать центрфорварду, — забивающий голы. Достаточно сказать, что в период с 1935 по 1946 год (с перерывом из-за войны) Пиола провел 34 матча за национальную команду Италии и забил в них 30 мячей — показатель выдающийся. Не случайно в списке бомбардиров сборной всех времен Пиола и по сей день занимает третью строчку. Больше забивали только Джузеппе Меацца (33 гола в 53 играх) и Луиджи Рива (35 в 42). Так вот, из всех 30 мячей Пиолы в историю под номером один вошел тот, что был забит 13 мая 1939 года в Милане во время встречи Италия — Англия. Везет британцам на курьезные голы... Правда, та игра была товарищеской. Вот как вспоминает ее старейшина итальянской спортивной журналистики Антонио Гирелли в своей книге «История итальянского футбола».